Далее, в возрасте семи лет, случайно помог вашей дочери, за что ваша семья в благодарность приняла меня к себе. Впоследствии я, цепляясь за факт того, что тела моих родителей так позднее и не были никем найдены, решил пойти по их стопам в исследователи, ввиду чего упорно занимался и учился, надеясь, что однажды мой Дар проявиться. Две недели назад Дар у меня проявился, и я сразу же обратился к вашей семье с просьбой, помочь мне с поступление в старшую школу, которая единственная в нашей Империи практикует выход за барьер ещё до окончания обучения.
Вот, в принципе, и всё, — и закончив, я ожидал что-то услышать в ответ.
Однако…
Молчание.
В момент моего краткого пересказа своей жизни он, прикрыв глаза, сплёл руки между собой и приложил их к лицу, словно обдумывая и запоминая мною сказанное, хотя всё это он и так прекрасно знал до этого.
Тем не менее, вот я уже закончил свой пересказ, а он всё так задумчиво и сидит.
Я что-то не так сказал? Не стоило настолько укрощать? Но тогда бы это было уже не «кратко», как он сам попросил.
Или нужно было наоборот ещё более ёмко, называя лишь факты, без называния моих собственных мыслей и целей? Но это, вроде бы, важные части моей жизни, выкинь их — уже будет совсем не то.
Я, кажется, что-то не понимаю…
Так, прибывая в собственных смятениях, я провёл порядком времени, пока он, наконец открыв глаза, не сказал нечто совсем неожиданное для меня:
— А теперь я расскажу тебе историю двух людей. Но сначала… давай прокатимся кое-куда.
Странность этого разговора только продолжает нарастать…
И так как сказанное им было не вопросом, он, не услышав от меня и слова, встал из-за стола и вышел из комнаты, а следом и из дома, пока я всё это время с неподдельным интересом и, не скрою, волнением следовал за ним.
И только завидев нас, вышедших из дома, личный водитель Итана и по совместительству один из лучших его охранников, сразу же подъехал к нам. А после, выйдя из машины, прошёл к нам и открыл для нас обоих задние двери машины. Впоследствие же дождавшись, когда мы уселись в машину, он закрыл за нами двери и вернулся за своё водительское место.
Когда же он сел внутрь, Итан произнёс отдал крайне лаконичный приказ, сказав только:
— К заводу.
Сразу после этого машина тронулась, через пару мгновений уже быстро выехав со двора дома через автоматически открывшиеся высокие железные ворота. После же этого нас ждала достаточно долгая поездка, во время которой никто из нас троих так более не проронил и слова.
И это… крайне непривычно.
