Закончив на этом этот неожиданный для меня разговор, мы с Карэн, как и все остальные здесь, направились к выходу. А когда же дошли до ворот школы, сели в такси, вызванное мною, и оно двинулось в сторону моего дома, Карэн, скрестив руки на груди и закинув одну ножку на другую, тут же спросила:
— И кто эта особа?
— Что? — не сразу понял я, думая в этот момент вообще о другом.
— Ты сказал, что пошёл на это, лишь чтобы удовлетворить жалость некой особы к ней. Вот я и спрашиваю тебя сейчас — что это за особа такая?
И после этих слов я понял, что допустил стратегическую ошибку в общении с ней — нельзя было в том разговоре говорить «особа», а лучше бы вообще не упоминал кого-то ещё.
А то она вон, тут же зацепилась за это, снова начав строить из себя мою девушку, которой я подло изменяю…
— Да так…
— Она простолюдинка? Или же аристократка?
Ясно-понятно…
Давать заднюю и пытаться слезть с этой темы уже слишком поздно…
— А это разве важно? — всё равно попытался я.
— Не хочешь говорить, значит? Понятно… А ведь ты бы не стал даже пальцем шевелить ради того, кто для тебя неважен, а тут вон на какой поступок пошёл.
— Ну это же не только из-за этого было.
— Но в том числе и из-за этого, — и ненадолго замолчав, продолжила: — Она ведь сидела там где-то там, на трибунах с левой стороны, да? Ты до и после дуэли туда смотрел вскользь, чтобы никто не заметил.
— А ты заметила…
— Конечно, — хмыкнула она, гордо вздёрнув носик, и после этого вновь несколько мгновений молчания.
— И что… у вас с ней далеко всё зашло?..
«Да нет, даже не встречаемся, всего лишь пару раз трахались прямо в школе, причём один из них — при других людях,» — чуть невольно не вырвалось у меня шутки ради.
— Как посмотреть… — не желая обманывать её, ответил я.
Она вздохнула и отвернулась, так до конца поездки и просмотрев в окно, ни сказав более и слова.
Вот только пускай я и подумал, что она сейчас вновь обидеться на меня и не то что сразу поедет к себе домой, а вообще на время перестанет со мной разговаривать. Однако… на удивление, стоило машине остановиться, как мы почти одновременно из неё вышли.
И по-хорошему, не стоило поднимать эту тему, но мне стало слишком уж интересно, так что я спросил:
— Даже обижаться не будешь?
— Я же не ребёнок… — гордо заявила в ответ она.
