Допустим, этот их Верхний Совет страдает самодурством, а Нижний усердно притворяется, что с радостью выполняет распоряжение высокого начальства. Допустим! Но, Зяб, как же все те разговоры о том, что Полару очень нужны сильные маги? Ведь они нужны, мне ректор говорил! И не похоже, что в тот момент он врал."
"— Да, — не стал спорить признак. — Маги Полару действительно нужны, а Конфедерации тем более, потому что угроза со стороны Норрийской империи по-прежнему существует.
— Но?
— Но Полару нужны именно маги, а маги-иномиряне, наоборот, очень не нужны.
Потому что здесь, кроме прочего, очень многое замешано на аристократах и кровном родстве. А вы со своей силой можете угрожать доминирующему положению аристократической верхушки. Подобного унизительного мезальянса и возможного возвышения полукровок допускать никто не хочет. Да, в Верхний Совет вас по умолчанию не пустят, но вот кресло в Нижнем Совете вполне может получить любой сильный маг. А как ты сама справедливо заметила — земляне сильнее Поларцев.
— То есть они конкуренции боятся? Боятся, что в результате мы их «подвинем»?
— И ее тоже, — подтвердил монстр.
Н-да. Вот теперь все сходится. И внешняя пафосность для Верхнего Совета с речами о моей уникальности и принятии в академию без экзаменов. И, одновременно, выставление нереальных условий для жизни, чтобы как следует расшатать нервы и добиться истерики. Даже брезгливость фон Глуна эту версию подтверждает: куратор ведь не раз подчеркивал, что он — лорд, аристократ то есть. А для аристократов мы, иномиряне, — грязь.
— Значит, я действительно девочка для галочки, — пробормотала я. — И при первой удобной возможности меня постараются «слить». Или… убить?
Последняя мысль… нет, в ужас не привела, но дрожь по телу вызвала.
— Даш, прекрати дрожать. — Монстр был предельно серьезен. — Вероятность того, что тебя убьют, на грани нуля. То есть раньше могли запросто, а теперь это сделать намного сложнее. Ты была отмечена Ваулом, а Ваул бог вспыльчивый и временами вздорный. Он может вспомнить о своей избранной танцовщице и, не обнаружив тебя среди живых, спросить, что случилось.
А врать богу, сама понимаешь, очень опасно. Куда опаснее, чем Верховному Совету.
Угу, конечно. Но мне как-то не сильно полегчало. Особенно после осознания того, что, не сходи я пообщаться с Ваулом, меня ведь и впрямь могли убить.
Кстати…
— Кстати, о Вауле.
— Мм? — отозвался призрак.
— Ваул меня отметил, — подавшись вперед, напомнила я. — И этот случай — нонсенс с точки зрения Полара.
