А я улыбалась и мысленно орала на себя: не смей! Не смей смущаться, Дашка! Иначе придется выложить Дорсу всю правду, а твоя скромность этого не переживет.
— Вот и правильно, — спустя пару долгих минут выдохнул парень. — А если вдруг западешь — даже близко к нему не подходи. Поняла?
— Это потому что он гипотетический убийца?
— И поэтому тоже, — отозвался блондин.
— А еще? — спросила я заинтересованно. — Что еще?
Дорс скривился и не ответил, а я… честно говоря, я не решилась перейти к полноценному допросу.
Потому что слишком велика была вероятность выдать свои эмоции и навести водника на подозрения, а там и до рассказа о снах недалеко. Именно поэтому снова разулыбалась. Сперва фальшиво, но потом улыбка стала искренней.
Просто нелепо все это. И да, в вину Глуна я все-таки не верю. Да, он жесткий и ядовитый тип, но не убийца.
Глава десятая
На чердак я вернулась, тихо подхихикивая. Нет, ситуация-то в целом сложилась серьезная, но встреча с Глуном и этот его скептический взгляд искренне повеселили.
Ну и Дорс, после того как куратор ушел, пару монет в копилку моего веселья добавил — водник принялся отвешивать комплименты, причем томным голосом и с придыханием. Только в конце все-таки не выдержал, «раскололся» — ржал, уткнувшись головой в стену и меня к этой же стене прижимая. А я хохотала в его плечо и искренне радовалась, что у меня есть такой друг, как Дорс. Что ни говори, а он замечательный парень!
Колечко с синим камушком тоже, что называется, сердце грело.
Все-таки мысль о том, что кто-то в твоей голове в любой момент может покопаться, изрядно нервировала. А тут — вот. Защита. Причем навороченная.
То есть теперь все хорошо. И дальше, я в это верю, еще лучше будет.
С этими мыслями я заперла дверь чердака на все три щеколды и, продемонстрировав Кузе завернутые в салфетку бутерброды, отправилась к низкому чайному столику. Твир, бодро дернув ушами-локаторами, посеменил за мной с требовательным писком:
— Дай!
Я, конечно, дала. Расстелила салфетку на столе, разложила бутеры, подхватила самого Кузю и водрузила «котика» на стол.
Знаю, что вообще-то это негигиенично, но что делать? Кормить твира на полу неудобно: все-таки не воспринимался он обычным животным. Что-то внутри меня такому обращению с ним противилось.
Кузьма тут же замурчал и зачавкал. Причем ел с таким аппетитом, будто это не он три часа назад огромную пачку печенья с начинкой заточил, а потом еще пакетик жареного арахиса стрескал.
