— Каст, я думаю, тебе все-таки стоит поставить Ваула в известность, — попыталась урезонить пижона я.
Бесполезно. Меня одарили скептическим взглядом и, словно невзначай, притянули ближе. Так, что пришлось сперва упираться ладонями в грудь огневика, а потом и вовсе выворачиваться из объятий, ибо они в данной ситуации были предельно неуместны.
— Прекрати, — рыкнула я. — И пообещай, что скажешь обо всем Ваулу!
— Не скажу."
"Я закатила глаза и бросила взгляд на Дорса. Но поддержки в лице водника не нашла, пришлось объясняться самой:
— Каст, я твое нежелание жаловаться понимаю, но ты не учитываешь один момент.
Даже два. Ты слышал, что сказал Зяба? Судя по всему, эта ловушка не последняя, и покушения продолжатся. Это первое. Второе, и главное, в процессе могут пострадать люди, которые к этим делам отношения не имеют. — Я вновь глянула на водника и добавила: — Мы с Дорсом оказались тут из-за тебя, понимаешь? Это твое присутствие активировало ловушку, а мы, что называется, под горячую руку попали.
— Больше не попадете, — буркнул Каст. — Как только выберемся, я с системой безопасности разберусь. Поверь, мне не сложно.
Я обреченно вздохнула. Вот упрямец! Впрочем, это его жизнь, и ему виднее. Вот только…
— И все-таки я не понимаю, — протянула я, возвращая разговор в прежнее русло.
— Чего не понимаешь? — отозвался Дорс.
— Ничего. Даже если это рыжее упрямство не скажет о покушении Ваулу, — я небрежно кивнула на Каста, — то бог все равно рано или поздно узнает. Особенно если покушение удастся.
Так неужели убийцы не боятся божественного гнева? Или Ваул не станет мстить за смерть сына?
Парни задумались. И выглядели при этом так, что стало совершенно ясно — мстить огненный бог таки будет.
— Значит, на кону что-то особенное, — пробормотал Дорс.
— Или это фанатизм, — добавил Каст. — Слепая ненависть к богам.
— Или убийце обещали неприкосновенность, — внесла свою лепту я. — Или же он не осознает всех последствий своего поступка.
— Глун и не осознает? — протянул водник скептически.
Блин.
— А почему сразу Глун? — В моем голосе прозвучали нотки возмущения. — Причастность Глуна — только версия, причем построенная на догадках. Думаю, не следует спешить с обвинениями.
— Это точно Глун, — откликнулся пижон. — Больше некому.
— Почему?
Вот теперь я возмущалась по-настоящему, но мое возмущение не оценили. Дорс закатил глаза, а Каст неприязненно хмыкнул. Он же и сказал:
— Даш, мы же при тебе этот вопрос обсуждали.
