Джори радостно вскрикнула:
– Я и не знала, что мой брат вернулся в Англию!
– Де Варенны сейчас продвигаются к Честеру. Их валлийские лучники для нас бесценны.
– А есть новости из Фландрии, от короля? – спросил граф.
– О да. Его величество планирует полномасштабную войну с Францией. Он возвращается, чтобы собрать самую многочисленную армию, какую когда-либо видела Англия. Мы победим Уэльс, а потом расправимся с Францией.
Джори посмотрела на мужа и заметила, что он страшно побледнел. Ее сердце наполнилось сочувствием.
В эту ночь она была особенно внимательна к Хэмфри, который снова впал в гневное и мрачное расположение духа, навеянное его глубоко укоренившимся страхом перед сражениями. Он стал вести себя, как прежде, – его физическое влечение к жене становилось неутолимым, а страх перед войной лишал мужской силы.
В эти оставшиеся им ночи Джори могла лишь крепко обнимать мужа и укреплять его дух обнадеживающими словами. «О Господи, я сделала бы что угодно, только бы победить твой страх, успокоить тебя!»
– Хэмфри, я ведь твой талисман! Моя любовь окутает и защитит тебя до самого возвращения.
"
"Началась вторая неделя июля. Джори снова осталась одна в замке Гудрич. Занялась делами, подумывала о переделке покоев в башнях, купила рулон яркого бархата для обивки сидений кресел и стульев. Покупала турецкие ковры, итальянские канделябры, полированные серебряные зеркала. Ездила в торговые дома и пакгаузы, набитые заморскими красителями, специями, винами, душистыми маслами.
Там она отбирала товары, способные превратить Гудрич в райский уголок, где роскошь соперничала бы с удобствами.
Марджори принимала гостей каждую неделю, устраивала соколиную охоту с птицами, которых де Боуны привезли из Виндзора и теперь держали в недавно отстроенных конюшнях. Дни Марджори были заполнены делами и общением с людьми, но ночи оставались невыносимо одинокими. Иногда ей казалось, что стены замка смыкаются над ней, что она задыхается. В эти минуты она находила успокоение своей глубоко затаившейся боли, погружаясь в горячую воду роскошной ванны в форме черного лебедя.
Каждую ночь, становясь на колени, Джори молилась: «Господи, молю тебя, чтобы Хэмфри победил свой страх, подай ему храбрость и мужество». Потом приходил сон, а с ним и облегчение. Она лежала в надежных объятиях мужчины. Его прикосновения и поцелуи рождали в ней страсть, желание, ощущение полноты. Она знала, что любит его больше жизни.
