И все до единого мужские взгляды устремлялись на его главное сокровище – безупречную леди Марджори де Боун.
Когда в зале появились певцы в сопровождении музыканта с арфой, у ее свекра отвалилась челюсть. Он толкнул в бок Генри и спросил:
– Думал ли ты увидеть в гнезде де Боунов такие изысканные штучки?
Генри заметил:
– Берегитесь, сэр, не то леди Марджори вас перевоспитает.
Все рассмеялись, а Джори коснулась руки Хэмфри. Он вздрогнул, словно от ожога.
– Не дотрагивайся до меня! Ты же знаешь, как ты на меня действуешь.
Когда пение смолкло, Марджори поднялась со своего места.
– Я прощаюсь с вами, джентльмены, чтобы вы спокойно могли поговорить, и вас не стесняло бы присутствие дамы.
Мужчины стали подначивать Хэмфри, чтобы он шел вслед за женой, и тот, не нуждаясь в дополнительном поощрении, поспешил за Джори в башню. Ему не терпелось поскорее раздеть Джори, и она, понимая его жажду, помогала ему, чем могла. У Хэмфри не было времени на любовную игру.
Как только они очутились в кровати под новым пологом, он тучей навис над ней, мгновенно проник внутрь и стал двигаться в бешеном ритме, словно уносимый мощной волной, которую ничто на свете не может остановить. Вскоре тело Хэмфри выгнулось дугой, из его губ вырвался крик освобождения, и он без сил рухнул на Джори. Та лежала, стиснув зубы. Она не была готова к такому натиску, но понимала, что этого следовало ожидать…
– Хэмфри…
Услышав свое имя, он откатился на спину, дав ей возможность вздохнуть.
– Прости.
«Нельзя, чтобы все так продолжалось, – с отчаянием думала Джори. – Надо ему сказать… Как-то объяснить».
Стараясь говорить как можно мягче, она коснулась руки мужа:
– Хэмфри, когда ты так кидаешься на меня… Я не успеваю почувствовать… Мне надо больше времени… Надо, чтобы ты не так спешил… Мне надо…
– Ты не понимаешь, как бывает у мужчин. Если помедлить, эрекция может пропасть.
У меня лучше получается, когда я спешу и не могу ждать. Внизу я возбудился только от твоего вида. Когда ты до меня дотронулась, я чуть не выскочил из собственной шкуры. – Он коснулся губами ее лба. – Марджори, любовь моя, ты меня насытила, полностью удовлетворила. Разве ты не понимаешь?
Когда Хэмфри заснул, Джори встала с кровати, налила в любимый кубок вина и, потягивая его маленькими глотками, опять вспомнила Гая де Бошана.
