Именно поэтому ты сидишь здесь.
— Ах, вот в чём дело. — Она раздражённо выдохнула. — Я могу тебя простить, могу произнести это вслух, глядя тебе в глаза…
— Это будет искренне?
Ира зацепилась за его въедливый взгляд, и по коже мурашки побежали.
— Тебе ещё и искренность мою подавай?
— Я просто хотел, чтобы мы поговорили. Спокойно, без нервов, без удивления от случайной встречи.
— Как друзья? Поделились переменами в личной жизни?
Алексей глаза опустил, попытался собраться с мыслями.
— Я должен был уехать. И, может это глупо прозвучит, но мне показалось, что если я и в этот раз просто исчезну, это будет неправильно.
Я тогда тебе ничего не объяснил, хотя должен был, и… наверное, меня это мучило.
Ира смотрела на него с искренним изумлением, а когда он добавил:
— Довольно долго, — даже рассмеялась.
— Я польщена, честно. Оказывается, тебя ещё и совесть мучила. Замечательно.
Алексей недовольно сдвинул брови.
— Не язви так откровенно.
— Почему? Прошло пять лет, Лёша, может я именно такой и стала — язвительной мегерой? Люди, знаешь ли, меняются.
— Это точно.
Ира сверлила его взглядом, затем нервно сглотнула.
— Какая же я дура, что пришла.
Он схватил её за руку, будто испугавшись, что она встанет и уйдёт.
— Ладно, успокойся. Я понимаю, что ты имеешь право обижаться на меня, но я, действительно, просто хотел узнать, что у тебя всё в порядке. Наша встреча вчера — это… было весьма неожиданно, согласись. Я даже не сразу тебя узнал. То есть, узнал, и сразу, но… ты совсем другая.
Ира смотрела на его руку, что так запросто накрыла её ладонь, и глаз отвести не могла, а ещё пошевелиться не могла.
Кожу жгло, дыхание пропало, а Лёшка говорил и говорил, а ей хотелось плюнуть на всё и расплакаться. Вспомнила, как стояла на набережной, ждала его, а он всё не шёл, и она волновалась. И ещё не чувствовала себя брошенной и обманутой, это пришло потом, и выжгло внутри огромную рану.
Она осторожно вытянула свою руку из-под его ладони, и сразу спрятала её под стол. То, что так отреагировала на его прикосновение, не на шутку обеспокоило.
Попыталась взять себя в руки и негромко и несколько неуверенно проговорила:
— Тебя тоже было сложно узнать. В смокинге.
Алексей воспринял это по-своему, как намёк, и вновь попытался объяснить:
— Тем летом всё было по-другому. Набирался опыта перед самостоятельным стартом, так сказать. — Взгляд Иры был непонимающим, и он пояснил: — Я архитектор. В то лето работал помощником у своего бывшего преподавателя.
