Я там иногда ночую, когда задерживаюсь.
— И твоя жена не против, что у тебя есть холостяцкая нора?
Алексей усмехнулся.
— Ты слишком плохо обо мне думаешь, Ириска.
— А по-моему, я вполне трезво оцениваю… твои потребности.
Он красноречиво прищурился, правда, глаза смотрели со смехом.
— Ты хочешь задать мне какой-то определённый вопрос?
— Нет, — тут же отказалась она."
"— По лицу вижу, что хочешь.
— Леша, не выдумывай. Ничего ты не видишь.
Он протянул ей руку, и Ира немного подумав, вложила свои пальцы в его ладонь.
И тут же оттаяла. Правда, Лёшка всё испортил, когда сказал:
— У меня никогда не было постоянной любовницы.
— И я ею не стану.
— Конечно, — легко согласился он, а Ира стукнула его по груди, когда он засмеялся.
— Там мой офис, — сказал Алексей, когда они вышли из машины, остановившись перед многоэтажкой новой постройки. Дом высился на стыке двух шумных улиц, жить здесь постоянно Ира вряд ли бы захотела, не смотря на то, что район был одним из центральных в столице.
Прямо напротив, выделяющееся своей архитектурой, совсем недавно построенное офисное здание, и Ира даже отсюда видела крупную вывеску «Вагенас Architects». Задержала на ней взгляд, а Леша уже нетерпеливо тянул её за собой.
— Я смотрю, у тебя свободный график работы, — проговорила она ему в губы, когда он притиснул её к стенке лифта. Двери с лёгким скрежетом закрылись за его спиной, скрыв их от любопытного взгляда консьержки. Видимо, то, для чего они сюда приехали, было весьма очевидно, потому что глаза пожилой женщины буквально впились в их лица, стоило им войти в подъезд.
— Работы у меня полно, вот только сосредоточиться никак не могу. Помоги мне, Ириска. Помоги сосредоточиться.
Он подхватил её под ягодицы и прижал к себе, а Ира в некоторой панике от его настойчивости, выдохнула:
— Сомневаюсь, что это как-то поможет твоему трудовому рвению.
— О, рвения во мне хоть отбавляй. Разве не чувствуешь?
А внутри уже всё тряслось в предвкушении. Ира даже за руку Алексея схватила, когда он дотронулся до неё.
Схватила и прижала к себе крепче, чтобы ещё острее ощутить его прикосновение.
— Сейчас, милая, — шепнул он ей, отодвигаясь. Его руки сжимали её, куда крепче, чем это было необходимо, и это выдавало его собственное нетерпение.
Лифт остановился, двери открылись с задержкой в несколько секунд, и Алексей едва сдержался, чтобы ногой их не пнуть, поторапливая. Поторапливая двери лифта, время, себя.
