Он задавал совершенно правильные вопросы, он заметил…
– Мчащийся на большой скорости фургон, – быстро подхватил Грегори.
– Совершенно верно, – сказал Страйк.
– Зафиксировал дождливый вечер, как в случаях похищения Веры Кенни и Гейл Райтмен.
– Совершенно верно. – Страйк покивал.
– Драку двух женщин, – продолжал Грегори. – Эту последнюю пациентку – женщину, похожую на мужчину. Признайте, что совокупность всех этих…
– Вот и я о том же, – сказал Страйк. – Пусть его подводило здоровье, но у него был нюх на улики.
Остается выяснить одно: несет ли эта скоропись какой-нибудь смысл, который я обязан знать.
Грегори слегка помрачнел.
– Нет, – сказал он, – никакого смысла она не несет. Это в нем заговорила болезнь.
– Понимаете, – с расстановкой заговорил Страйк, – ваш отец был не единственным, кто усмотрел в Криде сатанинское начало. Заглавие лучшей его биографии…
– «Демон Райского парка».
– Совершенно верно. У Крида много общего с Бафометом, – сказал Страйк.
В наступившей паузе они услышали, как близняшки топочут вниз по лестнице и в голос допытываются у приемной матери, купила ли та шоколадный мусс.
– Слушайте… я буду вам очень признателен, если вы докажете, что похищение организовал Крид, – выговорил наконец Грегори. – Подтвердите, что мой отец был прав от начала до конца. А что Крид оказался изворотливей, так в этом нет ничего позорного. Он ведь и Лоусона обвел вокруг пальца, он перехитрил всех. Я же знаю, что у Крида в подвале не оказалось никаких следов Марго Бамборо, но ведь он не рассказал и о том, куда дел одежду и украшения Андреа Хутон.
Под конец он стал разнообразить способы избавления от тел. Хутон – сбросил со скалы, но ему не повезло… не повезло в том, что нашли ее очень быстро.
– И снова все верно, – сказал Страйк.
Пока Страйк пил чай, Грегори рассеянно грыз ноготь. Примерно через минуту детектив решил, что можно вновь надавить."
"– Теперь насчет истинной книги… – По виду Грегори стало ясно, что Страйк попал точно в цель. – Я пытаюсь выяснить, вел ли ваш отец какие-либо записи, помимо официальных протоколов… и если так, – добавил Страйк, не дождавшись ответа, – сохранились ли они по сей день.
Грегори вновь остановил свой блуждающий взгляд на Страйке.
– Что ж, хорошо, – сказал он. – Отец считал, что ищет некую сверхъестественную силу. Мы узнали об этом ближе к концу, когда он уже сам понимал, насколько тяжело болен. Каждую ночь он рассыпал соль под дверью нашей спальни – отпугивал Бафомета.
