Первую ночь, в Маниле, я боялся засыпать с тобой в одной комнате, — говорит абсолютно серьезно.
Хлопаю его ладонью по живот.
— Врешь ты всё. Дрых ещё как. Даже похрапывал.
— Разоблачила. Придется устранять, — Кир в свойственной ему, слегка грубоватой манере, резко ноги сгибает, заваливая меня на себя и щекотать начинает.
Мне смешно, но боязнь даёт о себе знать. Я тут же думаю об асфиксии, а за ней об околосмертных переживаниях, переживания людей которые пережили угрожающие жизни ситуации. Часто люди в таких условиях вспоминают лучшие моменты из жизни.
Мозг мысли о Косте пронзают. Печально, конечно, могла бы ужин свой вспомнить, лобстера.
Глава 90
Вчера прилетели одноклубники Кира. Я как неприветливая спутница не пошла с ним на посиделки. Пяти парням и двум девушкам и без судебно — медицинского эксперта будет интересно. Мы всегда после основного действа приходим.
Сижу на белоснежном пляже и наблюдаю за тем, как зарождается очередной умопомрачительный закат. Каждый воистину потрясающий и уникальный.
Одинаковых, и даже схожих, за всё время пребывания ещё не увидела. Сегодня преобладает алый цвет. Рядом со мной на песок опускается маленькая девочка. Облокачивает свою головку мне на предплечье и тоже смотрит на уходящее за горизонт солнышко. Местные жители очень приветливые, отзывчивые и жизнерадостные люди, малышка лишь тому подтверждение. Лопочет что — то себе под носик, маленьким пальчиком показывает в сторону горизонта. Подавляю в себе желание погладить её по тёмной головке, на которой огромный розовый бант красуется.
Сказочная милашка.
Минут через десять она убегает к родителям, оставляя меня в одиночестве. Стопами в песок зарываюсь, опускаю голову на сложенные перед собой руки и наслаждаюсь моментом. Первые годы я считала, что вернуться в Калининград, значит признать, что без папы я не справилась. Не хотелось. С возрастом пыла приуменьшилось, но попадать под влияние папы так и не хочется.
Телефон звонить начинает. Наташа.
Перед отлетом купила новую симку, не считая родных только Ната и Толя с Гошей номер знают. Отдыхать, так со всеми сопутствующими возможностями. Разница с Москвой у Филиппин восемь часов. В самый раз, у них ещё день в разгаре.
— Привет, пропащая, — здороваюсь первой.
— Вообще — то говорят — пропажа, — недовольно в трубку сопит.
— Это про нормальных подруг. Не про тех, кто обманывает, — мне до сих пор не верится, что она может быть такой тихушницей.
