Глава 67
— Алёнушка, дорогая, ты пойми — если информация дошла до меня, значит, дела плохи, определенно. Сейчас я чист. Кристально. Коллеги твои промыли мне всё, что было возможно.
У нас с Леонидом поздний обед в ресторане. На этот раз заведение уже другое, но, видимо, так же ему принадлежит, в интерьере присутствуют такие же нотки «дорого — богато». Весь второй этаж в нашем распоряжении. Посредством ресторанного и отельного бизнеса проще всего отмывать незаконно нажитые средства. Музыка играет негромко. Выбор композиции совершенно не подходит стилистике заведения.
Ресторан грузино — армянской кухни, а играет песня Леонида Портного — «Кто тебя создал такую».
Наша с ним странная игра местами увлекает, спорить — смысла нет. Дополнительное разнообразие в мою и так не скучную жизнь.
— К счастью, Вашему, промывали Вас не мои коллеги. Иначе обедала бы я сейчас в одиночестве.
— А меня бы черви ели?! — произносит с возмущенным смешком.
Передергиваю плечами, мол, как знать.
— Посыл у мыслей был другой, Алёнушка.
Не меняй тему. Твой молодой человек, — говорит о Косте. В первый раз я его поправила, но эффекта эта не возымело. — Возможно, не так уж и плох. Но я предпочитаю перестраховываться, поэтому помогу ему в решении возникшей проблемы…, - подбирает слова. — С обратной стороны баррикад.
— Боюсь представить каким образом. Вы же чисты. Кристально.
— Ох, Алёнушка, — вздыхает, глядя мне в глаза. — Был бы я лет на двадцать — тридцать моложе, не стал бы помогать конкурентам. Сам бы поборолся, — в его глазах вспыхивают сатанинского вида огоньки, полные задора.
В такие моменты ясно как божий день — Леонид в жизни не такой добрейший человек, как при общении со мной.
— Десять.
— Что прости? — сводит брови к переносице."
"— Минус десять лет было бы достаточно, — смотрю на него с многозначительным видом, поглубже припрятав улыбку.
В очередной раз он начинает открыто и заразительно начинает смеяться.
— Ты умеешь вселить веру в себя, — промакивает губы салфеткой, затем отпивает воду из бокала. — Я подумаю ещё, отдавать ли тебя Константину, — его перепады немного пугают, то он смеется, то говорит с такой уверенность в голосе, словно реально верит в то, что у него есть право распоряжаться мной.
— Мою жизнь ты точно способна продлить, это мы с тобой уже проверяли. Где тебя вырастили такую?!
Вопрос риторический, но я не удерживаюсь.
— Мы оба знаем, что Вам, Леонид, известно, где и кем я выращена.
— Да, от прекрасной семьи другого результата нельзя было и ожидать.
