Когда только начинал, никто не верил, что зайдет бурда. Но народ готов экономить. А клиентов хоть отбавляй.
— А остальные? — я смотрел, как мелькают за окном серые дома спальных районов.
— Башмак контролирует порт и прилегающие районы. Контрабас всякий. Оружие, тачки, наркота, люди. Чего он только не принимает. У него много кто из легавых сидит на зарплате.
— Крокодил сидит в Автово. Угоны, разборки, коммерсы, ну и убийства. Мужик любит жесть. Слышал, как он своего человека на куски порезал, а потом рыбам скормил.
Василий поёжился, громко сглотнул и перешёл на шёпот:
— Он псих конченый, — Вася бросил взгляд в окно, — пацаны баяли, что у него пыточная в подвале заброшенного завода.
Там стены звук не пропускают, а в центре стоит кресло с ремнями.
Глаза у Василия округлились и он наклонился к моему сидению, продолжая шептать:
— Говорят, любит смотреть, как его быки работают. Особенно когда крыс используют. У него целая клетка с этими тварями. Кто там побывал, либо в психушке оказался потом, либо в могиле.
Коля вывернул руль, уходя от выбоины. Компьютер на сидении слева от Слона опасно качнулся. Василий отпрянул от моего кресла, схватился и сжал системник до побелевших пальцев. Тряхнул головой и продолжил:
— Есть ещё Череп, — Слон поёжился, когда произносил это имя. — Весь север его. От Озерков до Мурино. Игорный бизнес под ним. Подпольные тотализаторы, ставки на реальные бои. Плюс бани и массажных салоны. А там такое творится…
Его глаза блеснули, так, что я не разобрал. То ли он испуган, то ли восхищён.
— Но главное — продолжил Слон, — чёрные риэлторы. Квартирные аферы, отжим жилья у одиноких стариков. Говорят, целый квартал элитных домов на костях построил.
Машина снова вильнула. На этот раз пропуская лихача на красной «Ладоге». Компьютер попытался выскочить из рук Василия. Парень прижался к нему крепче, и стал дальше просвещать нас насчет банд Питера.
— А Туз, — вновь заговорил Слон, а я не удержался и хмыкнул. Прямо бандитский Петербург какой-то выходит. — Тот покруче будет.
Держит Невский и центр. У него всё чисто с виду. Рестораны, клубы, гостиницы. Только за легальным фасадом такое происходит, что по нему не один срок плачет.
Голос Василия изменился. Теперь я отчётливо слышал восторг. Всё же он жил этой темой. Жил и хотел жить дальше. Создал себе кумиров.
— Подпольное казино в «Европейской», через антикварные салоны краденое проходит. А ещё, — Василий снова понизил голос до шёпота, — говорят, у него лаборатория по подделке документов.
