— Граф Орлов, если не ошибаюсь, — усмехнулся проректор, — если Вам так претит желание подчиняться кому-то…
Я не понял, у него какие-то проблемы со мной? Это с чего он ляпнул что-то надуманное и выставил это на всеобщее обозрение?
— То обратитесь в деканат своего факультета с заявлением, — продолжил он, затем снова взмахнул руками, от чего пола мантии разлетелась в стороны, и крикнул: — а теперь, прошу всех на ярмарку кружков и клубов!
Он ушёл со сцены. На неё тут же поднялись старшекурсники с различными музыкальными инструментами в руках.
Появились стулья, пюпитры.
Толпа студентов начала редеть. Многие оглядывались на меня. Улыбались. Кто-то оставался около сцены, а остальные расходились по дорожкам. Туда, где меж кустов и деревьев пестрили цветные шатры и палатки. Где уже начинались демонстрации клубов.
— Ты, правда, решил открыть свой клуб? — спросил Тихон, пока мы, влекомые потоком студентов, студентов шли к палаткам.
— Да, — я посмотрел на него, а в голове текли мысли, где взять пять человек?
— Ты уверен? — вздохнул Тихон.
— Это очень важно для меня, — пожал я плечами.
Нет, вот почему определиться надо до завтра? Не успеть даже объявление сделать. Как можно найти пять человек? Предлагать каждому встречному?"
"— Тогда я с тобой, — прервал мои мысли Тихон, и, протяжно вздохнув, посмотрел на импровизированную арену, возле которой мы оказались.
На площадке из песка кружили два фехтовальщика. Рапиры в их руках мелькали стальными змеями.
Они осыпали друг друга, выпадами. Рассекали воздух. Парировали атаки.
Красиво, даже очень. Ребятам вокруг нравилось. Раздавался свист и одобрительные окрики. Но, как же бесполезно в современных условиях это выглядело. С высоты опыта они напоминали мне детей с деревянными мечами. Красиво и бестолково. Хотя, это тоже полезно. Закаляет дух и тело.
— Здорово, правда? — протянул Тихон, наблюдая за ними с печалью в глазах, — я хотел научиться постоять за себя, но кулачные бои мне не подходят.
Думал сюда записаться.
— Друг мой, — я приобнял его за плечи и немного потягал из стороны в сторону, — этого недостаточно, чтобы постоять за себя, — я кивнул на фехтовальщиков, — Это же так, игрушки, но я, если ты захочешь, научу тебя мечному бою. Настоящему.
— Что ты сказал? — раздался голос рядом. — Игрушечный бой?
Перед нами возник парень чуть ниже меня ростом. Майка борцовка не могла скрыть его развитый, как у молодых олимпийцев, торс.
