Она сощуренным взглядом обвела конкуренток: ну, и кто меня так подставил?
Впрочем, догадаться было несложно. Любовью к рукоделию отличалась единственная из конкурсанток – Камилла. Но Тоня не думала, что одна из самых доброжелательных девушек написала задание с целью кого-то потопить. Наверно просто надеялась, что удастся самой вытянуть свой конверт и блеснуть способностями.
– Итак, через полтора часа нашему вниманию должны быть представлены шесть научных экспериментов, одно рукоделие и… назовём это так, свободная импровизация, – подытожил церемониймейстер, – время пошло, – демонстративно поглядел он на наручные часы.
Девушки соскочили с мест и окружили Тоню. Дежавю какое-то. Один раз возле неё уже выстраивалась похожая очередь. Она поглядела на соратниц озадаченно. Лестно, конечно, быть такой популярной, но даже с её коротконогими отношениями с наукой придумать шесть зрелищных экспериментов за полтора часа с учётом того, что под боком нет химической лаборатории с реактивами, – нереально. Спас Антонину Вирджиль.
– Конкурсантки должны выполнить задания самостоятельно, – предупредил он. – Общаться разрешается только с сопровождающими и со мной.
Девушкам пришлось оставить Тоню в покое. Нарушать правила, находясь под пристальными взглядами церемониймейстера и жюри, не решился никто. Но Антонина догадывалась: как только она уйдёт с полянки, за ней начнётся охота. Испытывать себя в роли зайца, который петляет по лесу, заметая следы, не хотелось. Тоня решила готовиться прямо здесь.
Она задумала показать простой, но очень зрелищный химический опыт. Проделывала его много раз, ещё школьницей. Это был как раз один из тех поражающих воображение экспериментов, который и сподвиг всерьёз увлечься химией. Так называемая «змея фараона» – растущая на глазах, казалось бы из ничего, пепельно-чёрная извивающаяся кобра. Тоне понадобятся всего четыре компонента: сахар, сода, песок и какая-нибудь горючая жидкость – например, спирт. Она надеялась, что «химикаты» достаточно просты, чтобы найти их за полтора часа.
Еремей материализовался перед Антониной, готовый выполнить любую просьбу.
– Сто чертей мне на якорь, если не раздобуду всё это за тридцать минут, – он мгновенно испарился.
Что-то подсказывало, что раздобудет даже быстрее. Тоне оставалось дожидаться моряка и наблюдать, чем заняты остальные. Жаль, церемониймейстер запретил общаться. Очень хотелось поговорить с Николь. Во-первых, узнать, что она задумала. Как будет выполнять задание.
