Голос низкий, хриплый – ну это оттого, что курит много.
– А с чего ты взял, что она лесбиянка?
– Да она ни разу отсюда с парнем не уехала! – Бармен свысока посмотрел на Сашу. – И по ней сразу видно: грубоватая телка, из доминирующих.
– А еще тебя она продинамила, – добавил Макар, и по взгляду, который метнул на Илюшина бармен, Крупенников понял, что тот угадал.
– Тут таких, как она, – полная банка килек по субботам, – дернул плечом парень, самолюбие которого было явно задето. – А девочки нас знаете как любят?
– Про положительные стороны профессии бармена расскажешь в другой раз.
Что еще знаешь о ней? Где живет, на чем ездит, где работает? Ты же человек наблюдательный, должен был запомнить что-нибудь… – польстил ему Илюшин.
Тот напрягся, наморщил лоб, стараясь соответствовать характеристике наблюдательного человека, но после минуты размышлений огорченно покачал головой:
– Не, извините. Вроде бы Вика говорила, что она не пьет, потому что машину водит, но какую – я не в курсе. А про работу она и подавно не упоминала.
– Не упоминала, значит… Тогда о чем вы с ней разговаривали?
Следующие десять минут, вытащив бармена из-за стойки и усевшись с ним за дальний столик, Макар расспрашивал его, заставляя вспомнить все, что говорила девушка по имени Вика. Саша с молчаливым восхищением наблюдал, как Илюшин, по выражению Альки Рокуновой, вынимает душу из парня по имени Никита. При этом он увлек бармена игрой «вспомнить все», и тот сам азартно пытался воспроизвести свою болтовню с девушкой, с артистизмом копируя ее интонацию и хрипловатый голос.
Вскоре они знали, какими духами она пользуется, почему предпочитает танцевальные туфли на мягкой гнущейся подошве, услышали рассказ о том, как в детстве на нее напала собака, и еще небольшую гору подробностей такой же ценности. Саша был уверен, что, столкнись он случайно с этой девицей – и сразу же узнает ее, так талантливо изображал ее Никита."
"Но, несмотря на все старания бармена, они не выяснили ничего, что хотя бы на шаг приблизило их к девушке, с которой уехала Рокунова.
По предложению Илюшина бармен поговорил с охранником и официанткой, наконец-то появившейся в зале, но те понятия не имели, о ком идет речь.
– Ладно, ты и так сделал для нас очень много, – заключил Макар, когда стало ясно, что дальнейшие расспросы ничего не прибавляют к сведениям о Вике. – Спасибо, Никит.
– Завсегда пожалуйста, в любой вечер готов помочь, – пообещал на прощанье повеселевший бармен. – Ну, когда я работаю, само собой.
