Словно кто-то вырезал из далекого пейзажа крошечную лагуну и перенес ее сюда, под голубой купол."
"Здесь было тепло, даже жарко, и Бабкин расстегнул куртку, а затем и вовсе снял ее. Он оглядывался по сторонам, пытаясь понять, за счет чего достигается иллюзия, этот удивительный эффект реальности, заставляющий забыть о том, что меньше чем в двух километрах отсюда – загруженное машинами шоссе, автозаправки, микрорайоны с серыми громадами домов… Сергей всмотрелся в переплетение веток, как будто мог прочитать в нем правильный ответ, и обнаружил, что в зелени прячутся мелкие белые цветки.
Это отчего-то слегка разозлило его. Цветки! И можно было не сомневаться, что они живые и пахнут так, как и полагается мелким белым цветкам, – тихо и душисто.
Вода, песок, искусственный камень… Ну и что? Из этого простого сочетания должен был получиться филиал аквапарка, развлечение для детей, которых старательно обманывают взрослые: посмотрите, милые дети, какое у нас море – в тазике, с пластмассовыми корабликами и желтым ковриком вместо берега! Но он-то не ребенок! Тогда отчего ему так хочется сбросить с себя одежду и немедленно шмякнуться на живот, подставляя спину солнцу и ожидая, что через двадцать минут она покроется красноватым загаром? Несуществующему, заметьте, солнцу!
Бабкин присел, зачерпнул в ладонь песок и медленной струйкой высыпал его обратно.
Песок был теплый. Из него получилась аккуратная горка с ямкой наверху, в которую упал маленький обломок белой ракушки, захваченный вместе с песчинками.
И Сергей вдруг понял, почему не ощущает себя стоящим в аквапарке или перед отличными театральными декорациями, хотя перед ним были именно они, декорации. Убедительность пряталась в деталях, выверенных настолько, что они совершенно не бросались в глаза.
Он поворошил рукой песок и увидел обломки ракушек, острые краешки которых давно обкатало море. Чуть подальше валялись сухие водоросли, будто выброшенные волной на берег. Этот песок не был стерильным наполнителем искусственной песочницы – или, во всяком случае, он так не выглядел.
Сергей встал и глубоко вдохнул морской воздух. От воды подул теплый ветер, пробежал по его волосам, и Бабкин качнул головой, будто избегая прикосновения.
– Туалетный освежитель и вентилятор! – не сдержался он. «Интересно, эти «декораторы» хоть в чем-то допускают проколы?»
– Что? – не понял Саша.
Илюшин рассмеялся.
– Серега отдает должное правдоподобию вашего моря, – пояснил он.
