Куда угодно, но подальше от него. Слишком яркой стрелой промелькнула вспышка радости, когда он ко мне приблизился. Слишком быстро и не к месту я почувствовала внутренний трепет. Он всегда был для меня «слишком».
Как можно скорее я выбежала из комнаты и, пытаясь побыстрее скрыться от его взгляда, уже почувствовала, как из моих крыльев, подпитываемых счастьем последних дней, с тихим шелестом опадают перья, словно засохшие листья с осеннего дерева.
– Мия! Ты меня слушаешь?
– Прости, задумалась. Что ты сказал?
– Мия, мы всё-таки проиграли эту битву, – от потрясения я вскакиваю со стула и упираюсь ладонями в стол.
Сочувствующий тон Леонида выводит меня из равновесия.
– Он всё же продал свою долю, – непримиримая волна ярости вмиг затопила меня всю, а краска хлынула с моего лица. Все посторонние мысли тут же выветрились из головы.
– Да как он посмел?! Не поставив меня в известность?!
– Мия. Он по условиям был не обязан.
– Он обязан был сначала предложить её мне! По праву приоритета!
– Считай, что он это сделал.
А ты отказала, потому что финансово оказалась к этому не готова.
– Но ведь я просила его! – ярость и разочарование глушат все остальные эмоции. – Я же говорила, что найду возможность выкупить его часть! Даже по завышенной цене. Как он посмел обойти меня?!
– Да что толку уже сокрушаться. Дело сделано. У тебя новый партнёр. Я навёл справки. И меня конкретно так удивило то, что я узнал.
Я мгновенно настораживаюсь. Удивить Леонида не так уж и легко. Поэтому уточняю с подозрением.
– И что же?
– Крупная шишка. Раньше он никогда не считал такого рода компании выгодным вложением.
– Так что ж теперь сунулся?
– Даже не знаю, что могло повлиять на его мнение. Но это точно не область его интересов. А теперь, глядя на него и наблюдая, как он меняет своё мнение, слетятся все падальщики в желании полакомиться остатками. За его финансовыми бросками наблюдают даже за границей. Непросто нам придётся в ближайшее время.
Опасная, просто невероятная мысль за гранью моего понимания царапнула черепную коробку и задела за живое.
С абсолютно непроницаемым лицом, выпустив авторучку и скрестив в защитной позе руки на груди, я с вызовом уточняю:
– Фамилия? – боюсь услышать ответ. Моя догадка не может стать реальностью! Он не посмеет так виртуозно вновь портить мне жизнь!
Леонид твёрдо смотрит на меня и извиняющимся тоном поясняет:
– Шахов, – медленно кивая головой, Леонид обречённо продолжает, – тот самый.
