Чувствую, что он носом вновь упирается мне в шею, тяжело вдыхая и выдыхая воздух, словно инстинктивно ловя мой запах. И этим своим бесхитростным действием приближает меня к разрядке на эмоциональном уровне даже быстрее, чем любые нежные слова и мощные голодные рывки. Впиваясь в его широкие плечи, я уже чувствую, как тепло разливается по организму, отдаваясь сладкой, ленивой негой, а мои интимные мышцы конвульсивно сжимают его твёрдый член. Еще скользящий во мне…
Два очередных рывка, и я слышу грозный рык возле уха.
Ещё один, и мужчина до боли, до следов от зубов прикусывает мою кожу. Четвёртый дикий рывок, и я чувствую, как он резко входит на всю глубину, замерев, уже остаётся во мне… Ещё сильнее сжимая пальцы на мои бёдрах и стараясь отдышаться.
Я ласково обнимаю его за плечи, старательно пряча своё лицо. Не хочу, чтобы он видел так не вовремя выступившие на глазах слёзы.
Потому что чувствую себя второсортной.
Потому что сейчас ощущаю себя той самой беспородной дворняжкой рядом с королевским догом.
Конечно, было очень опрометчиво позволить ему коснуться меня не только физически, но… кусочек моей души уже однозначно запутался в его циничном отношении к этой жизни.
Я ничего с этим поделать уже не могу.
И попала я конкретно. После сегодняшнего вечера просто так вытянуть Костю из моих мыслей будет нереально сложно. Возможно, для кого-то секс – это лишь физическая потребность, как у него, например. Но для меня – это что-то во много раз более настоящее… чувственное… душевное…
– Ты потрясающая, – он быстро целует меня в висок, а я всё же отстраняюсь.
Хорошо, уже успела взять себя в руки. Я заглядываю в его глаза и сама не знаю, что пытаюсь там отыскать. Нежность? Совершенно неуместную, даже невозможную привязанность? Настоящую заинтересованность? Да хоть что-то! Но… в шоколадной глубине ничего, кроме уверенной твёрдости и очевидной усталости, больше нет.
Вот глупая…
– Что? – он задаёт короткий вопрос, видимо, я слишком долго не могу отвести взгляд.
– Смотришь, как заворожённая.
– Ничего, – отвечаю тихо-тихо, боясь спугнуть близость этого момента, который, скорее всего, и не повторится больше. – Просто ты выглядишь очень усталым.
– Так уложи меня отдыхать. В свою постель, – в его взоре успеваю заметить промелькнувшие озорные искорки. Но я, вероятно, сейчас на совершенно другой волне. Более серьёзной.
– Костя. Я думаю, тебе лучше уехать.
На его лице не дрогнул ни один мускул.
