– Ты думаешь, я не смогу добиться вновь этого порыва? Я каждый сантиметр твоего тела знаю, – он склоняет голову ко мне и шепчет в шею, – ты хоть представляешь, как меня ломает от твоей близости?
Упираюсь в крепкую грудь ладонями, опускаю лицо вниз и облизываю пересохшие губы.
– Чего ты хочешь, я не пойму? – обреченно уточняю, боясь поднять к нему лицо.
– Тебя.
– Ты меня уже получил недавно. Когда ночью тебе звонила Ира, – набираю побольше воздуха в грудь, добавляю твёрдости взгляду и смотрю на Шахова.
– Будешь распределять время между нами? Или у кого-то есть приоритет?
– Да не нужна она мне!
– А мне ты не нужен, – заглядываю в его тёмные глаза, полные надежды. И нисколько не боюсь его ранить. – Я не хочу с тобой видеться. Допустим, ты удержишь меня рядом, уступив немалую часть моего бизнеса, изредка напоминая, что с твоим мнением нужно считаться. А дальше что?
– Я сам не знаю.
– Так разберись с этим.
– Малыш…
– И не нужно меня так называть, Костя. Я тебе никто.
Отталкиваюсь от него назад, и он убирает руки. Намеренно отворачиваюсь, не желая выяснять реакцию на свои грубые слова. Отдаляюсь, быстрым шагом всё же обхожу стол переговоров и выхожу из кабинета, плавно прикрывая за собой дверь.
И только спустя часа два рабочего времени, уже сидя в салоне своей машины в полной тишине, я позволяю себе расслабиться и перевести дыхание.
«Проводить время вместе».
Ерунда какая-то. Между нами стоит слишком высокая стена. Её не перешагнуть и не перепрыгнуть.
Глава 44
Как бы внутренне не противилась, но я обязана была привыкнуть, что Костя имеет законное право влиять на некоторые из моих решений.
А теперь он уже успел несколько раз забрать меня с работы.
Около недели тому назад я в первый раз согласилась на то, чтобы его личный водитель отвёз меня домой. Было уже очень поздно, я жутко устала, потому что вместе с Лёней мы разбирали возможные варианты размещения нового центра – я над этим вопросом бьюсь уже некоторое время.
Шахов позвонил на корпоративный телефон и сообщил, что отправил за мной уже ждущего у входа Владимира. Потому как Костя решительно против того, чтобы я разъезжала ночью одна. Меня прозвучавшее замечание в тот момент очень позабавило, но отказываться я не стала. Даже если бы он меня на руках отнёс в свою собственную постель, я бы, вот честно, слова ему не сказала, просто свернулась калачиком, с головой укрывшись одеялом, и вырубилась до утра.
