Но лучше все-таки, чтобы о твоей тайне знали только мы двое.
— И Кариффа. Я ей рассказала.
— Куда ж без этой гадины, — неприязненно выплюнул Савард и так сердито сверкнул глазами, что я не могла не вступиться за наставницу:
— Она мне очень помогла в самом начале.
— Ладно-ладно, — Крэаз примиряюще вскинул руки, — пусть живет. В поместье с ней действительно удобнее.
Опять это проклятое поместье.
— Я не останусь в родовой усадьбе. — Отчаянно замотала головой, пытаясь вырвать из мужской ладони свои пальцы. — Савард, я все понимаю, но просто не сумею.
Пойми, для женщин моего мира такое существование хуже смерти. Лучше уж сразу на костер. — Сиятельный молчал, и я, придвинувшись ближе, заговорила сбивчиво и торопливо: — Уедем в Эфраду: ты, я, Кариффа, телохранители. Если меня до сих пор не разоблачили, то там этого точно не случится. Арвит-то здесь останется. А потом, после Эфрады, посмотрим.
— Я подумаю и сообщу о своем решении завтра. — Савард помедлил, потом как-то нехотя поднялся. — Спи, Катиа, до утра еще далеко.
— И пошел к выходу из спальни.
Некоторое время я недоуменно пялилась ему вслед. Это как понимать?"
"— Вард! — окликнула, когда он был уже у самой двери. — А ты разве не хочешь остаться?
Савард напрягся всем телом, очень медленно повернулся, я перехватила его отчаянный взгляд и вдруг поняла — он совершенно растерян. Этот умный, сильный, властный мужчина просто не представлял, что ему дальше делать в такой странной ситуации. С наложницами можно спать каждый день. С женой — только ради рождения ребенка.
С наидой — раз в несколько месяцев, чтобы освободиться от излишков силы. А со мной? Как со мной поступить?! Похоже, он так еще и не осознал, что теперь каждая ночь, каждый день, каждая минута могут быть нашими. Если мы того захотим.
— Иди сюда, — протянула руки ему навстречу. — Поверь, я не кусаюсь. И знаешь что? Называй меня Кэти, как раньше. Я уже привыкла.
* * *Еще находясь в полудреме, почувствовала, как чужой — долгий, заинтересованно-изучающий — взгляд неторопливо скользит по моему лицу: гладит лоб, нежно касается закрытых век, очерчивает скулы.
Когда он наконец остановился на губах, невольно затаила дыхание. Моя реакция не осталась незамеченной.
— Не спишь?
Счастливо улыбнулась, распахнула ресницы и утонула в прозрачно-серых глазах. Савард был так близко — его теплое, немного сбившееся дыхание щекотало щеку, — но не дотрагивался. Просто лежал и смотрел. Я всей кожей ощущала жар его большого сильного тела.