Запомнила?
— Да… — Неуверенный кивок и потом растерянное: — Кэти, но Сирра не может быть старше Саэра, даже самого простого. Никогда.
— Может, — припечатала я твердо. — Мы сами придумываем условия, и у нас женщина главнее мужчины. По крайней мере, некоторых из них. Итак, четыре Стихии, четыре масти — Свет, Тьма, Огонь, Земля…
Вот уже несколько дней мы с сестрой Саварда увлеченно изготавливали карточную колоду, попутно разбирая правила. Прямоугольники из плотной чуть желтоватой бумаги принесли позавчера, и девушка, как оказалось, умевшая и любившая рисовать, с энтузиазмом принялась за дело.
Правду говорить не стоило, пришлось соврать, что идея неожиданно пришла мне в голову, когда я, выздоравливая, томилась от безделья. Наланта, бесхитростная и наивная, поверила сразу же. Нехорошо, конечно, ребенка обманывать, но не признаваться же ей, что играю в «дурака» с детства.
— Ланти, когда закончишь?
— Скоро, — отмахнулась девушка, не поднимая глаз, — сейчас Дваждырожденных дорисую, и начнем играть.
— Я выйду ненадолго, ладно? Скоро вернусь.
— Угу. — Наланта продолжала увлеченно что-то вычерчивать. Даже кончик языка высунула от усердия.
Вот и хорошо. Меньше вопросов будет.
— Кариффа, — позвала сидевшую неподалеку женщину и тихо скользнула за дверь.
Наставница догнала меня уже в коридоре.
— Кателлина, куда? — В требовательном голосе слышалось напряжение.
— Хочу сходить к наиде императора, — пояснила, не останавливаясь.
— Тебе запрещено покидать комнаты.
— Знаю, но с Вионной необходимо встретиться, наставница, — остановилась, вглядываясь в строгое худое лицо, — и чем раньше, тем лучше.
Она отказала Ланти, надеюсь, меня все же согласится принять.
Старуха с сомнением покачала головой:
— Гарард рассердится, а уж что скажет Крэаз — даже вообразить страшно.
— Они ни о чем не узнают. — Сделала шаг вперед и горячо зашептала, схватив женщину за рукав: — Наланта так увлечена рисованием, что почти не заметила моего исчезновения, телохранители в Закатный не заглядывают, Гарард забрал Юнну и Иду с собой.
К тому моменту, как целитель со служанками придут, мы уже вернемся в наши покои. — Кариффа все еще колебалась. — Не могу объяснить, но у меня какие-то нехорошие предчувствия. Вспоминаю о Вионне, и появляется ощущение, что теряю драгоценные мгновения. Даже в груди холодеет. — Потянула старуху за собой, и на этот раз она не стала сопротивляться. Пусть нехотя, но подчинилась.
Своей маленькой победе я радовалась минут десять.