Парни снимают свои куртки и Булавин глядя на меня, говорит:
– Ну, подруга, жги!
Я чувствую на себе пристальный взгляд Урицкого, но покорно развязываю пояс тренчкота, стягиваю его с себя и передаю другу. Рот Глеба растягивается в удивленную букву “о” и он беззвучно втягивает воздух. Я же, облизывая пересохшие губы, почему-то мыслями сразу переношусь на трек и на то, что произошло в закрытом боксе. Жаль, что находилась спиной к нему и не видела выражение его лица когда он был во мне.
“Господи, только таких мыслей мне сейчас не хватало”.
Звук приближающихся голосов выдернул меня из нахлынувших весьма некстати воспоминаний и в следующее мгновение я уже с улыбкой приветствовала подошедшего к нам Марата. Он был одет все в те же рваные джинсы и серую футболку с красочным единорогом. Он что, в детском отделе одевается? Хотя, даже с его худобой это был бы перебор, скорее всего он просто только что вылез из постели с какой-нибудь красоткой и впопыхах перепутал футболки.
Илону и ее подругу, подошедшую к нам вместе с ними, я решила проигнорировать, тем более что первая сразу повисла на шее у Урицкого и визгливым голосом пропищала как она счастлива его видеть.
– Рад, что ты не струсила, принцесса, – подмигнул мне Скалаев. Его взгляд абсолютно бесстыдно прошелся по моему наряду, задержавшись дольше, чем нужно на россыпи цветов, украшающих откровенный лиф корсета. – Если что, мое предложение все еще в силе.
Дарья уже здесь, так что… пару коктейлей для смелости и “мазератти” ваш.
– Марат, не нарывайся, – Урицкий впился в него суровым взглядом. На шее дергается кадык, а плечи напряглись будто сами собой. О да, “ Мистер – пока сам не натрахаюсь вдоволь, не подпущу к ней никого” снова в деле.
Скалаев с любопытством перевел взгляд на Глеба, потом повел носом в его сторону, словно принюхиваясь и с веселой улыбкой заметил:
– У тебя новый парфюм, Урицкий? Знакомый запах… называется “Сексуальное напряжение” если я не ошибаюсь, да? Очень стойкий аромат.
– В темных глазах отчетливо видны озорные искры.
Его веселье тут же прервал голос Илоны.
– Полина – младшая сестра Макса Воронцова. Для Глеба она тоже как сестра.
– Остается только порадоваться, что “как”, – весело замечает Скалаев. – Я слышал, что у аромата под названием “Инцест” запах не такой приятный.
