Это едва ли можно назвать попыткой выдать желаемое за действительное – по крайней мере, в моем случае. Скорее, это чувство вины или угрызения совести.
Я щелкаю задвижкой и дергаю дверь, чтобы проверить, закрылась ли она. Тот, кто оставил эти двери открытыми для нас, не оставил ключей. Мне очень не нравится, что мы можем запереть эти двери только изнутри. Кто угодно мог проникнуть в мою комнату, пока я разговаривала с Брентом. Я чувствую себя немного нелепо, когда проверяю шкаф, затем ванную (даже заглядываю за шторку душа), чтобы посмотреть, не прячется ли там кто-либо.
Убедившись, что я одна, я сажусь на узкую кровать. Я не могу решить, что вызывает у меня больший ужас: мысль о том, что Саския находится в этом здании, живая и здоровая; или мысль о том, что Брент или один из других членов нашей компании ее убил. Меня бросило в дрожь от взгляда Брента. От тьмы, которую я в нем увидела.
Теперь у меня есть свободное время, чтобы попытаться разобраться с секретами, которые выпали из ящика, когда мы играли в «Ледокол».
Есть ли доля правды в том, что там было написано? Похоже, кто-то именно так и думает, иначе зачем было идти на все эти ухищрения?
Я осматриваюсь в поисках авторучки, но это хостел, а не гостиница. Здесь нет ни ручки, ни письменного стола, ни даже стула. Я без своего телефона как без рук. Не помню, когда в последний раз приходилось пользоваться ручкой. Обычно просто делаю фотографию того, что мне нужно. Я буду в дикой ярости, если не получу свой телефон назад.
Я роюсь в своем рюкзаке.
Ничего подходящего. Мой взгляд падает на крошечное окошко. Я дышу на стекло, пока оно не запотевает. Прекрасно.
Когда я касаюсь стекла кончиками пальцев, оно кажется ледяным. Я пишу на нем наши имена: «Милла, Кертис, Брент, Хизер, Дейл». Я собираюсь на время притвориться, что никак не виновата в смерти Саскии. Предположим, что все секреты, выпавшие из ящика, – правда, и каждый из нас сделал только что-то одно.
Значит, один из моих друзей – убийца. Я бросаю взгляд на дверь, чтобы еще раз проверить, заперта ли она.
"
"Так, нужно быть объективной. С первыми двумя секретами все просто. Предполагаем, что Брент гетеросексуален (а я уверена, что это так), значит, спали с ним я и Хизер. Вот и получаются два человека. Я пишу «Переспала с Брентом» после наших имен. Лучше бы Дейл этого не видел.
Странно, как болезненно Дейл отреагировал на предполагаемую измену жены. Можно подумать, это случилось вчера, а не десять лет назад – уж точно до того, как они поженились.
