– Неудивительно, что ты не выиграл Олимпиаду. Ты совсем не высыпался!
Мне приятно видеть, что Кертис выглядит более счастливым. Этот «Ледокол» на самом деле оказывается игрой, помогающей расслабиться и завязать разговор. Желаемый эффект достигнут. Мы начинаем согреваться – то ли от того, что нам весело, то ли от смущения – несмотря на низкую температуру воздуха. Я с удовольствием наблюдаю за тем, как Хизер ерзает. Судя по выражению лица Дейла, если между его женой и Брентом когда-нибудь что-то и было, для него это новость.
Брент с Хизер переглядываются. Брент хмурится. «Что за игру ты затеяла?» – говорит выражение его лица. Брент считает, что это написала Хизер! Хизер отвечает на его немой вопрос легким покачиванием головы. Что это означает? «Не сейчас»? Или она хочет сказать, что не писала это?
Я в изумлении. Мысли судорожно крутятся в голове. Если Брент думает, что одно из этих признаний написала Хизер, то это означает, что он на самом деле с ней переспал?
Я вытягиваю шею, чтобы увидеть почерк, хотя я его не узнаю – в ту зиму мы мало писали от руки.
В любом случае текст на карточке, которую держит в руках Хизер, написан ровными печатными буквами. Так пишут, когда не хотят, чтобы кто-то узнал, что это писали вы. Наверное, это шутка. Должна быть шутка. Кертис с Брентом заранее договорились так пошутить, чтобы нас всех встряхнуть. Кертис с Дейлом никогда не ладили. Но вообще-то удивление Брента показалось мне искренним.
Я могла бы высказаться, заявить, что это писала не я, что обе эти карточки не мои, но я решаю подождать и посмотреть, что написано на следующей.
Хизер открывает третий конверт. Она смотрит на карточку и резко втягивает воздух.
– «Мы переспали с Саскией».
На этот раз не смеется никто. Это уже выходит за рамки допустимого.
Несмотря на то что мы такие разные, я не могу представить, зачем кому-то из присутствующих здесь было это писать. Насколько мне известно, только один человек из присутствующих переспал с Саскией, и я не думаю, что это было известно многим.
Наоборот, этого не знал почти никто. Я прилагаю усилия, чтобы не смотреть на Брента. Как и на Кертиса.
Хизер смотрит на своего мужа и явно раздумывает, не он ли это написал. Если я и дальше буду придерживаться моего предположения, что признания на первых двух карточках написали Кертис и Брент, то получается, что это написал Дейл. Но зачем, черт побери, он это сделал?
Хизер разрывает следующий конверт. Наверное, думает, что хуже уже быть не может.
