Если бы Кертис не сказал, то я бы и не знала, что она на этой неделе заняла второе место на этапе Кубка мира в Варсе.
– Над чем ты сегодня работаешь? – спрашивает Одетта.
Я мнусь.
– Надеюсь попробовать бэкфлип, – наконец говорю я. Теперь пути назад нет.
– Впервые?
– Да. Я очень нервничаю.
Она сжимает мою руку пальцами в перчатке.
– Не волнуйся. У тебя получится!
Брент пристегивает крепления на самом верху.
– Пришло время бэкфлипа, – тихо говорю я. – Будут какие-нибудь последние указания? Что-то посоветуешь перед стартом?
– Только не приземляйся на голову, – ухмыляется Брент.
– На батуте у тебя прекрасно получалось. Но ты должна полностью сосредоточиться на трюке. И ни в коем случае не менять решение! Начала вращение – доводи до конца, нельзя на середине решить, что ты не хочешь делать бэкфлип.
По его походке, которая кажется немного неуклюжей, по его легкой сутулости и низко посаженным штанам, никогда не догадаешься, что Брент – топовый спортсмен. Можно даже решить, что он неудачник – или просто лентяй.
Но только до той минуты, как увидишь его на сноуборде.
Он взлетает с трамплина и делает вращение на семьсот двадцать градусов с большой амплитудой. Кажется, он не испытывает никакого страха. Я ему завидую. У меня ладони вспотели в перчатках. Саския опять о чем-то спрашивает Жюльена, пока они пристегивают крепления. Мне будет интересно увидеть ее выражение лица, если у меня получится то, что я задумала.
Кертис поднимается на ноги.
– Ты стартуешь? – спрашивает он меня.
– Нет, после тебя, – отвечаю я, потому что не совсем готова.
Кертис несется на скорости вниз и очень чисто исполняет бэкфлип. Все аплодируют и одобрительно кричат.
Теперь я на самом деле должна его сделать. Я несусь на доске вниз. Скорость очень важна – нужно достаточно времени в воздухе, чтобы успеть перевернуться. Как только нос моего сноуборда достигает конца взлетной полосы, я начинаю отклоняться назад.
Это чем-то напоминает американские горки – когда ты летишь вниз. Только там ты сидишь в кресле, крепко привязанная пристежными ремнями, а здесь я понятия не имею, чем все закончится.
Я вижу голубое, потом белое. Если я прямо сейчас упаду на землю, то точно сломаю себе шею. Затем я снова вижу голубое небо и заканчиваю полет с доской подо мной.
Крики и аплодисменты громче, чем достались Кертису.
Кертис уважительно кивает мне, когда я к нему присоединяюсь.
– Здорово!
Я пожимаю плечами, словно не сделала ничего особенного. Но внутри меня словно озаряет радость.
