Сопротивление оказывать нет ни малейшего желания. Чувство настолько эротичное, словно я к нему привыкла, но так сильно возбуждает, что я не могу сказать «нет».
Его пальцы скользят между моим складками, потирая их с такой скоростью, что, клянусь, взорваться я могу тут же.
— Хочешь кончить? — спрашивает он.
— Да! — стону в ответ.
— Умоляй меня… — низким голосом произносит Томас. — Умоляй, и, может быть, я позволю.
— Пожалуйста, — ворчу я, чувствуя головокружение от жара.
Он снова шлепает меня по заднице, заставляя застонать.
— Пожалуйста, что?
— Пожалуйста, дай мне кончить.
Еще один жесткий удар снова посылает меня к грани.
— Повтори.
— Пожалуйста, дайте мне кончить, сэр?
Еще один удар. Моя задница горит от его ладони.
— Громче!
— Пожалуйста! Дайте мне кончить, сэр! — буквально умоляю я.
Никогда в жизни не позволяла никому ничего решать за меня.
До этой секунды.
— Кончай.
Его командный голос — все, что мне требуется.
В момент, когда я кончаю, он тянется за проводком между моих ног и вытягивает шарики.
Один. За. Одним.
Каждое движение прибавляет удовольствия, наполняя мое тело эндорфинами, что заставляют меня парить.
Еще одно движение буквально заставляет закричать.
— Да, выпусти все. Почувствуй оргазмы, которые я позволю тебе. Снова… и снова.
Его пальцы никуда не исчезают. Я ощущаю их на складках, киске, клитору. Скручивающие, скользящие, проникающие. Везде. Это сводит меня с ума.
Следующее, что я осознаю, это его член во мне.
На всю длину.
Открываю рот, и невероятно громкий стон вырывается из моего горла, когда Томас погружается в меня полностью.
— Блядь… — шепчет он. — Ты такая чертовски влажная и открытая. — Он шлепает меня по заду и выходит. — Идеальна.
— Твою ж мать… — шепчу я, отчего он смеется.
Томас снова толкается в меня, в этот раз сильнее, чем в предыдущий.
— Этой киске попросту нужен хороший трах. Вот почему ты так плохо себя вела. Тебе не хватало моего члена, да?
— Да… — выкрикиваю я, когда он снова меня шлепает. Блядь, не думаю, что когда-либо чувствовала большее безумие, такое поглощение кем-то.
— Значит, прими все как маленькая девочка. Стони для меня, Хейли. Позволь мне услышать, как сильно ты любишь мой член.
Стон срывается, как Томас и просит. Не только потому, что я люблю это, а по большей части потому, что он говорит мне это сделать.
Слушать его и позволять ему взять контроль — дает мне свободу, которой я не чувствовала прежде.
Внутреннее умиротворение.
Пока меня трахают, как шлюху.
Господи Боже.
