Я подскакиваю на постели и хватаю будильник… время на котором я забыла выставить.
— Блядь! — визжу я.
— Хнмммггррр. — Стон Лесли заставляет меня повернуть голову, чего мне не стоило делать, потому как рядом с ее кроватью стоит ведро с рвотой.
— Ну зашибись, — бурчу я, выпрыгивая из кровати.
— Что ты делаешь? — ворчит Лесли.
— У меня урок, — бросаю я, собирая одежду с пола, и только тогда замечаю, что на мне до сих пор вчерашний наряд. Очевидно, я так и не сняла свое красное платье и прямо в нем улеглась спать.
По-видимому, в первую очередь мне хотелось позаботиться о Лесли.
Мне пришлось держать ее волосы полночи, пока она обнимала унитаз.
Зрелище не самое приятное, и вспоминать об этом желания нет. Процесс занял большую часть ночи. Я просто рада нашему везению в том, что в нашем распоряжении оказалась личная ванная, так что больше никому не пришлось становиться свидетелем ночного ужаса. Когда я наконец-то довела Лесли до ее постели и залезла в собственную, я, наверное, забыла выставить будильник.
Блядь.
Из головы совершенно вылетело, что сегодня учебный день.
В спешке одеваясь, я забываю причесаться, оставляя макияж размазанным после вчерашнего. Один носок — фиолетовый, второй — зеленый. Пару не нахожу поэтому приходится довольствоваться этими. Бросаю все, что есть, в сумку, скорее всего, забывая пару вещей.
— Куда собралась? — спрашивает Лесли.
— Ты только что это спрашивала. Боже, забудь. Просто оставайся в постели. Поспи, — бурчу я.
Она не в состоянии для уроков сегодня, так что лучше пусть проспится.
— Ладно… — ворчит подруга, слишком уставшая, чтобы вникать в происходящее.
Прежде чем вынестись за дверь, я зашториваю окно, чтобы солнечный свет не мешал ей. Как жаль, что я настолько устала, что не надела на нее мои радужные трусы и не нарисовала член на ее лице. Ну и ладно.
Пока спешу к двери, сверяюсь с часами. Я настолько опаздываю, что уже даже нет смысла появляться на уроке.
Но я пойду.
Я, мать его, буду там потому что… не знаю, почему.
Только знаю, что должна явиться на урок.
Это его урок, в конце концов.
Кто знает, что случится, если я не появлюсь.
Мысль должна пугать меня, но не пугает. Она меня возбуждает.
Будоражит возможностью увидеть, что он для меня приготовил, даже если в этот раз у меня на самом деле есть веская причина отсутствовать. Томас, скорее всего, все равно будет злиться.
Черт.
Даже не знаю, почему меня это так заботит.
