Улыбаюсь собственным мыслям и спрашиваю:
— Как насчёт завтрака?
— В постель? — сверкает дракон хищным взглядом и снова смотрит на меня жадно и с голодом.
Э-э-э, нет, мне отдых требуется. Я не могу находиться в горизонтальном положении сутки напролёт. У меня ещё работа. Пациенты. Разговоры с капитаном. Промывка мозгов адмиралу и многое другое.
— В постель обязательно, но не сейчас, — говорю мягко и с улыбкой, смотрю на мужчину ласково. — Тем более, я хочу видеть лицо капитана и всего экипажа, когда ты выйдешь из каюты вместе со мной – живой, здоровый, да ещё и счастливый.
Счастливый же?
— Не просто счастливый, Ари, — говорит он с придыханием. — Ты мне жизнь спасла. Ты подарила мне себя. Ты стала моей душой, моим сердцем. Ты — моя пара. Моя путеводная звезда. Я словами не могу передать и описать, как я теперь счастлив… До встречи с тобой я и не жил… Веришь?
— Верю...
Он касается лбом моего лба, закрывает глаза и добавляет шёпотом:
— Это невероятная милость с твоей стороны принять меня… без «Дара жизни» и разделить со мной жизнь и судьбу…
Беру в ладони его лицо и мягко целую его губы.
Это лёгкий поцелуй, понимающий, ободряющий.
— Всё хорошо, — говорю уверенно. — И мы обо всём ещё поговорим. Я расскажу тебе о себе, а ты мне о своей жизни. А пока я хочу утереть нос твоему Лукасу. Он вообще отказывался к тебе пускать, грозился меня запереть. Пришлось пойти на хитрость. К счастью, Закр оказался более адекватным и понимающим, чем капитан.
Он смеётся и лучистый свет его газ красноречивее любых слов.
— Бедный Лукас, — говорит вдруг адмирал, и я удивлённо-недовольно смотрю на него в ожидании объяснений. — Я отдал приказ, чтобы тебя ни под каким предлогом ко мне не пускали. Это был приказ десятого уровня, Ари. Нарушение данного приказа карается смертью.
Ого.
— Ну ты даёшь… — выдыхаю сокрушённо. — Сам себе подписал приговор.
Дракон становится невероятно серьёзен, и говорит покаянно:
— Я знаю, что вынес бы эти приступы боли, свыкся бы с ними и довёл бы все свои дела до конца и сделал бы то, на что решился…
Он имеет в виду селтов, поняла я.
— Но я бы лишился тебя, Арианна. Спасибо, что ты нашла в себе смелость нарушить приказ, протокол и… приняла меня.
— Одним словом, обстоятельства сложились чрезвычайно удачно, — говорю, глядя мужчине в глаза.
— Великий Рой оказался милосердным, — говорит он тихо. — Нужно будет поблагодарить его.
