Он позволил драконице меня ударить.
К сожалению, пьянящее чувство свободы отравила боль расставания с Истинным. Я подошла к краю утеса и просто ступила в пропасть.
И снова парение, и снова воздушные потоки. Небо словно смывало горести и печали, укачивало в объятиях.
Но сейчас мои мысли были устремлены к семье. Как они? Не обманул ли меня Сэмуард? Мне хотелось побыстрее убедиться, что они в безопасности.
С высоты порт проглядывался во всех подробностях. Неуютный, холодный, продуваемый всеми ветрами. И погода портилась.
Видимо, королевской семье надоело поддерживать ясный день и сейчас непогода набросится на Одагр с особенной силой.
Покружив над портом, я нашла пустырь, где смогла бы обратиться. На этот раз добавила к наряду наемницы плотный длинный плащ с капюшоном.
Трактир «Одноглазый гном» нашелся легко и оказался вполне приличным заведением. Несколько мрачного вида мужиков ели, кто-то перебрасывался в карты. На меня внимания никто не обратил и я прошла к стойке, где протирал кружки сонный трактирщик.
— Комнату и горячий обед, — кинула я, придав голосу уверенности. — Кстати, к вам не заходил рыжеволосый мужчина?
— Нет, госпожа, не видел такого, — флегматично ответил трактирщик и добавил. — Приличный номер стоит десять халле. Ужин — пять.
Я решила поесть и отдохнуть до появления Дар Соя. Оборот и долгий полет утомили меня. Я еще неплохо продержалась с непривычки. Видимо, на чистых нервах.
Комната была и правда хорошей, чистой, в камине горел огонь. Служанка занесла еду и я сытно поела.
Но внутреннее напряжение не оставляло — где Дар Сой?
За окном пошел дождь и я повалилась на кровать. Хотелось выть волчицей, такая страшная тоска хозяйничала в душе.
Я провела большим пальцем по оставшейся метке, остро ощущая ее холодную поверхность. Рожать от Фредегара не хотелось, но неожиданно мысль о ребенке согрела. Я даже невольно улыбнулась и сама не заметила, как постепенно успокоилась. Будто руна делилась теплом, залечивала сердечные раны.
Но потом подумалось, что малыш ведь родится драконом.
Более того — наследником королевской семьи."
"Перед глазами замелькали сцены из недавнего прошлого. Фредегар целует Ирму, не стесняясь присутствия истинной в замке. Фредегар просит перетерпеть унизительный брачный ритуал — ведь я же человечка, чего мне стоит стерпеть издевательства?
Всего-то и надо — позволить себя побить, стоя выслушать наставления свекрови, рядом с которой позволено сидеть лишь благородной Лилии.