Нет, я, конечно, ничего не имею против занятий и учёбы, я готова, как губка впитывать всё, что только смогу, но сон. Спать мне просто необходимо.
— Как скажешь, — всё же выдавила я из себя, с кислой улыбкой.
— Не вешай нос! Нам сейчас ещё предстоит сделать спуск до города и подъем обратно! — всё так же радужно сообщил мне шеф. А я на несколько секунд потеряла дар речи. Он сошёл с ума?
— Но это же как минимум час в одну сторону!
— Значит, нам стоит поторопиться!
— Да, даже если мы поторопимся, то всё равно не успеем!"
"— Значит, побежим! Нет ничего прекраснее, чем хорошая пробежка с утра на голодный желудок! — все так же солнечно улыбаясь сообщил мне этот псих, а я обнаружила, что мы уже покинули здание академии.
Через десять минут я поняла, что он не псих, а настоящий изверг, которому доставляет удовольствие издеваться над другими. Пот катил с меня буквально ручьём, рубашка противно прилипла к спине и дико хотелось снять жилет, который был надет сверху, но если я что-то понимала, так это то, что делать этого категорически нельзя.
Томмасо при этом упорно тащил меня вперёд по пересеченной местности, набирая какую-то совершенно невероятную скорость на узеньких дорожках и буквально перепрыгивая небольшие валуны на своём пути.
Ещё через пятнадцать минут, я поняла, что помираю, а ещё что этот маньяк совершенно не собирается сдаваться. Сердце билось уже где-то в районе горла, грозясь в любой момент попросту выпрыгнуть из меня. И меня это не пугало, наоборот, больше всего на свете мне сейчас хотелось просто лечь и умереть.
— Не могу, — прохрипела я, ровно за секунду до того, как поцеловаться носом с ближайшим камнем, в глазах потемнело, а тело отказывалось мне подчиняться.
Но ничего подобного не произошло, потому что ровно за мгновение до того, как я должна была рухнуть на землю, Томмасо подхватил меня на руки.
Какое-то время я смутно понимала, что вообще происходит вокруг, просто наслаждалась тем, что могу относительно спокойно дышать, что мой сердце возвращается на положенное ему место и в обычный ритм.
Затем меня начало интересовать происходящее вокруг.
А точнее, тот факт, что мир вокруг всё так же продолжал двигаться. Томмасо просто бежал уже обратно в гору, неся меня на руках. При этом его дыхание было спокойным и глубоким, словно он и не бежал вовсе, а просто прогуливался по парку нюхая цветочки.
— Как ты? — наконец поинтересовался мой шеф, не сбиваясь при этом с шага.
— Могло быть и лучше, — совершенно не стесняясь призналась я.
