И в первые мои мысли приобрели совсем другой ход, а что если в самом деле дело в магии Мицио?
Он ведь ей, безусловно обладал, что если пахла так притягательно для меня именно она?
Наверное, только эта мысль помогла мне нормально поговорить с моим комми и не сорваться. Я сказал именно то, что хотел. Я в самом деле хотел быть с ним одной командой. Несмотря на все свои недостатки и ошибки Мицио уже сейчас восхищал меня своим упорством и преданностью. Он ведь мог сдаться, мог устроить скандал, да вообще многое мог. Но каждый день он старался быть лучше, каждый день стоять за моей спиной, и я хотел дать ему знать, что вижу это и ценю.
Разумеется, было несколько неправильно требовать от него честности и откровенности, когда я сам не мог ему предложить такое и именно в этот момент я чуть было не сорвался, притянул комми к себе и зарылся в его волосы, признавшись, что он стал мне очень дорог.
Сам не понимаю, зачем я это сделал, но от этих нескольких слов стало в само деле намного легче.
Поэтому к Софи я вышел с почти безмятежной улыбкой на губах.
Как оказалось, зря.
Сеньора смотрела на меня с таким выражением лица, что я мог сказать с точностью, что она что-то задумала. И мой трёхлетний опыт подсказывал, что совсем не обязательно, что мне эта задумка понравится. Вот только спорить с ней было совершено бесполезно. Проще сдвинуть с места гору, чем доказать женщине, что она неправа.
Так что я сделал лучшее из того, что мог себе позволить. Просто расслабился и, насвистывая незатейливую мелодию, отправился по коридорам академии к выходу.
На удивление мы не были единственными, кто поднялся настолько спозаранку в утро воскресенья.
— А что сегодня будет в деревне? — поинтересовался я у Софи, которая, без сомнения, была в курсе событий.
— Так сегодня же ежегодная ярмарка, как ты мог это забыть? Почти все торговцы острова соберутся сегодня в Шикли, лучшего времени для покупок в самом деле сложно выбрать!
Действительно, как я только мог забыть о таком?
Однако Мицио идущего сзади такие новости, кажется, совершенно не обрадовали, а даже, наоборот, его голос задрожал и стал неуверенным.
Я развернулся к нему и внимательно посмотрел в глаза.
— Ты боишься, что кто-то из твоей семьи будет на ярмарке и тебя узнают? — спросил я прямо, а Мицио застыл, словно я поймал его на чём-то весьма постыдном. Однако, после недолгой паузы он утвердительно кивнул.
— Именно поэтому я и подняла вас так рано, утром гораздо меньше народу, — самодовольно заметила Софи.
