Серьёзных укреплений в нём не было, земляной вал с частоколом не в счёт, против артиллерии и атакующей колонны пехоты за такой защитой долго не продержаться, но вот отбиться от небольшого и тем более конного отряда было вполне возможно.
Напротив двух прикрывающих ворота ретраншементов крутилось около полусотни казаков. До ушей долетели дальние хлопки выстрелов. Как видно, защитники укреплений и сами всадники постреливали, но активных действий никто из противников не предпринимал. Салов вытащил из чехла блестевшую бронзой подзорную трубу и долго оглядывал крепость.
По команде штабс-капитана из первого эскадрона фланкёры за это время разъехались из общей колонны от центра в стороны и, выстроившись в две линии, ожидали команды.
– …Пушек не вижу… – долетел обрывок фразы от Салова. – …Казаки бы разглядели… Вечер скоро, если не возьмём, полк в поле ночевать будет… Нужно рискнуть!"
"– Кажись, атаковать хочет их высокоблагородие, – пробормотал тоже прислушивавшийся Блохин. – А если в городе целый алай турецкий стоит или вдруг пушки спрятаны? Так-то оно хорошо, конечно, генералу цельный город для ночёвки на блюдечке поднести.
«Не извольте беспокоиться, ваше превосходительство, не в полевом шатре или у костра, а под крепкой крышей ночевать будете». А вдруг западня?
– Лёнька! – одёрнул его прапорщик. – Штуцер лучше свой проверь и отделение огляди.
– В порядке всё, Тимофей Иванович, – пробормотал тот, но всё же потянул винтовальный карабин из бушмата и отщёлкнул на нём курок.
– Внимание, отряд! – гаркнул Салов.
– Атакуем город! Штурм ведём двумя линиями! Первая спешивается перед самым рвом и забегает на валы ретраншементов. Вторая в это время ведёт огонь с коней, прикрывая её! В первой линии все командиры и крепкие бойцы, во второй штуцерники и лучшие стрелки. Командирам взводов даю пять минут, чтобы разобраться с построением!
– Лёнька, во вторую линию! – скомандовал Гончаров. – Ковригин, Усачёв, тоже туда со своими штуцерами. Мишин у нас и так во второй, хорошо. Смирнов, Очепов, Ярыгин, Казаков, вы в первую выезжайте!
– Время! – прокричал подполковник.
– Внимание, фланкёры, дирекция атаки – на воротные укрепления! Всем ружья из бушматов достать! Аллюр галопом! Вперёд!
– Но, Янтарь! – Вытащив мушкет, Тимофей дал шенкелей коню.
Две атакующие линии с ускорением начали разбег в сторону крепости.
– Три сотни шагов, две, сотня, – отсчитывал про себя оставшееся до вала расстояние Тимофей. – На ретраншементах мелькнуло несколько голов и хлопнули выстрелы.