Поскольку Лев не мог предугадать, как все сложится в ресторане, именно это ему и было нужно. Он собирался устроиться максимально близко от Мунтяну и его гостя, но если это не удастся, хотел подстраховаться с помощью чудо-техники.
После этого он зашел в комнату, где несколько человек, не снимая наушников, отслеживали телефонные переговоры. Дело Мунтяну было, конечно же, не единственным, находившимся в разработке столичной уголовной полиции, кроме Ашота и его босса специалисты прослушивали и некоторых других «абонентов».
«Подшефными» Гурова занимался молодой парень по имени Игорь.
— Что нового, Игорек? — обратился к нему Лев. — Наговорили наши друзья чего-нибудь интересного?
— Нет, пока ничего особенного, — ответил Игорь. — Мунтяну несколько раз звонил по делам своей фирмы, говорили в основном о строительстве и о расчетах. Кажется, все легально. Бероев звонил только родственникам, разговоры тоже не особенно интересные, большей частью о семейных делах. А, вот как раз! — вдруг оживился он. — Снова кому-то звонит.
Подгадал к вашему приходу. Номер незнакомый. Такого, кажется, еще не было.
— Можно я послушаю, Игорек?
— Да, конечно. Присаживайтесь.
Игорь снял наушники и, поднявшись со стула, уступил свое место Гурову.
— Антон? Здравствуй, дорогой! Это Ашот, — услышал Лев знакомый голос.
— Ашот? Какой Ашот? — без малейшего недоумения, но зато с явным пренебрежением прозвучало в ответ.
Тембр и интонации этого голоса не оставляли сомнений — выполняя поручение Мунтяну, Ашот звонил Клоуну.
— Бероев Ашот. Ты знаешь.
— А, Ашот, — догадался наконец Клоун. — Привет!
— Как твои дела, дорогой?
— Лучше всех.
— Вот как хорошо. Очень рад за тебя."
"— Поэтому звонишь?
— Звоню по делу, дорогой. Дело у меня к тебе есть. Важное. Приезжай в гости ко мне, поговорить нужно.
— С чего это я к тебе в гости попрусь? Мне пока жить не надоело.
— Зачем обижаешь, дорогой? Я от чистого сердца пригласил. Приезжай. Если хочешь, друзей возьми. Мы всем рады будем.
— «Мы»? Хочешь сказать, этот твой Рэмбо тоже там? Нет, ты точно больной, Ашот! Чтобы я, как последний дурак, сам себя под пули подставлял? Шутник!
— Какие шутки, дорогой? Никаких шуток.
Серьезный разговор с тобой вести хотим. Приезжай.
Беседа еще долго продолжалась в том же неопределенно-недоверчивом ключе. Клоун на уговоры поддавался туго, упирая на то, что после убийства Барсука общаться с Ашотом и его боссом он очень опасается. Но в итоге Ашоту все-так удалось склонить его к нужному решению.
