Как, вы говорили, зовут того молодого человека, который дружил с ним? Кажется, Михаил? Можно будет его прислать ко мне?
— Да, конечно. А что он натворил, я так и не понял? Подрался, что ли, с кем-то?
— Вы Кирилла имеете в виду?
— Ну да, а кого же еще. Вы из-за него ведь сюда пришли.
— Нет, Кирилл не подрался. И вообще ничего не натворил. Он пропал.
— То есть как? — На лице Егорова отразилось неподдельное изумление.
— Хотел бы я это знать. Сейчас как раз пытаюсь собрать информацию, которая могла бы пролить свет на это исчезновение, объяснить хоть что-то.
И чем больше людей я смогу опросить, тем лучше. Так вы пришлете Михаила?
— Да, конечно, — заторопился Егоров. — Если так, то… конечно. Пропал… вот это фокус!
Он вышел в коридор, продолжая бормотать себе под нос недоуменные отрывочные фразы.
Через несколько минут дверь снова открылась, и перед глазами полковника предстал богатырь под два метра ростом. Внешне от напоминал картинных героев, которых снимают в роликах, рекламирующих товары «для настоящих мужчин».
— Здравствуйте, — вежливо проговорил парень. — Алексей Дмитриевич сказал, что…
— Присаживайся, — по-свойски обратился к нему Гуров. — Мне нужно навести кое-какие справки. Если я правильно понял, из всех, кто здесь работает, ты ближе всего общался с Кириллом Титовым?
— Да он вроде со всеми нормально общался, — неуверенно проговорил Михаил, похоже, пока не определившийся с тем, какую занять позицию.
— Да, конечно. Но с тобой, кажется, немного чаще, чем с другими.
Меня, собственно, интересует его новое место работы. Удивительно, но ни от кого не могу добиться толку по этому вопросу. Может быть, ты что-то прояснишь? Перед увольнением он не делился с тобой мыслями по этому поводу? Что именно это за работа и почему он решил перейти туда? Ведь ему и здесь было неплохо. Платили вовремя, с товарищами ладил.
— В целом да, но… Человек ищет, где лучше, — чуть усмехнулся Михаил. Поняв, о чем пойдет речь, он заметно успокоился, расслабился. — Кира не особенно распространялся об этой своей «вакансии», но, судя по его сияющей физиономии, условия там предложили действительно неплохие.
— А что это за условия, он не говорил?
— Только в общих чертах. Сказал, что платить там обещали больше на порядок и что наконец-то он сможет заняться настоящим делом. Несколько раз повторил это.
— «Настоящее дело», это что?
— Понятия не имею.
— А у Кирилла не спрашивал?"
"— Спрашивал, конечно, только он не больно-то отвечал.
