Раскрыв ладонь левой руки, положил на нее шарик."
"— Смотрите.
Беломир уставился, не мигая.
— Арха тарас шараун. — Произнес я. Произошло то же самое, что и в прошлый раз. Он ярко засветился.
Глаза у Волхва расширились в изумление, даже челюсть отвисла.
— Это не все, сейчас будет главное. — Кивнув, я добавил, — Марас.
Шарик тут же растекся по ладони голубым жидким пламенем, а затем оно медленно впиталась в ладонь.
Прикрыв глаза, с наслаждением глубоко вздохнул. Волна эйфории прошла по всему телу.
— Уровень магической энергии повысился на пятнадцать пунктов и составляет сорок три процента.
— Известил мой голос.
Я открыл глаза.
Беломир почему-то был бледный, он смотрел на меня ни мигая.
— Не повторяйте это, все равно ничего не получится. — Пояснил я.
— Что — это — было? — По слогам произнес волхв.
— Я и так показал Вам больше, чем кто-либо знает обо мне. Не спрашивайте, не отвечу. Вы хотели убедиться? Убедились?
Он медленно кивнул. Затем, также медленно поднялся.
— Прошу простить мою навязчивость, я немного сомневался, но после того, что увидел, думаю, так будет лучше для нас всех.
Достав из потайного кармана самый натуральный свиток, с висящей на нем печатью, на золотой ленточке, протянул мне.
Аккуратно взяв его, удивленно на него посмотрел.
— Это охранная грамота. Я имею право ее выдать. Она ни к чему не обязывает, но для Вас так спокойней. В нее вписано твое имя, отныне ты под защитой ордена. Любое нападение на тебя, косвенное или прямое, будет считаться нападением на орден.
Грамота станет находиться у Вас, до твоего принятия решения, и не может повлиять на него. Так, как ты не отказал нам, я вправе ее выдать. — Беломир поклонился. — Вы можете показывать ее высокопоставленным гостям, тем самым давая понять, что все переговоры бессмысленны, так как Никита уже фактически состоит в ордене. Но, можете не предъявлять, если желаете узнать их предложения.
Неожиданный поворот, это много упростит в моем плане. Покрутив в руке, я передал ее деду.
— Благодарю Вас, достопочтенный представитель Великого ордена, — встав из-за стола, я слегка поклонился, — для меня честь принять ее.
Надеюсь, мое решение, в дальнейшем, будет более склонно в Ваш адрес, я учту этот жест доброй воли, с Вашей стороны. — Я вновь поклонился.
От таких моих слов дед едва не поперхнулся.
Беломир наоборот, довольно улыбнулся.
— Через три дня извещу Вас о своем разговоре с советом ордена, и я помню о тайне. — Он кивнул.
— Буду ждать. — Подтвердил я.
