Это стало чудом, мало того что любимая женщина подарила дитя, так еще и по силе ребенок сильнее. Вот только взрослела внешне она медленно. В 27 выглядела как на 18. Тогда то и случился перелом.
По осени девочка заболела, хотя никогда не болела. Отец испугался, что врачи людей не помогут, и обратился к одному другу альфе, приютить их на время, что бы местный врач осмотрел девочку. Альфа согласился. Малышка мучилась три дня в жаре, а в полнолуние обернулась волчицей, и вся сила, которая должна была быть, от рождения появилась.
— Дедушка, говорил, это были самые ужасные три часа его жизни. Не знаешь чем помочь, а дочь извивается на земле от боли, ее выворачивала под страшными углами, и ломались кости. Дед сказал, это волчица примерятся к телу, и пытается им овладеть. Маме помог альфа, он прибежал и был рядом, звал волчицу и приказывал обратиться. Чуть позже дедушка узнал, что такие дети как моя мама умирали, где-то к тридцати, они не могли пережить оборота. Ключевым звеном стал альфа, обратиться можно, если только он присутствует.
— И так всегда? Будут ломаться кости и остальное, — это какой-то кошмар. Неужели и моей, Николь надо через это пройти.
— Нет, только в первый раз. Потом все как у всех. Понимаете, до обращения есть все чувства, но они притуплены, а после все играет красками.
— Так, а дальше? — спросил Логан.
— Мама встретила папу, он был волком в той стае, куда ее принесли. Правда там тоже есть одна странность. Он сразу понял, что она его пара, был все три дня с ней, поил, кормил, а она ничего.
За то после оборота, их не оттащишь друг от друга. Вот мама и не знает, из-за болезни она не признала его стразу, или из-за того что не волчица была. — А ведь это мой случай! Николь тоже не чувствует во мне пару, хотя её уже тянет, но после обращение получает она и так все поймет.
— Дальше родилась я и брат, у нас разница в пятьдесят лет. И мы уже полноценные оборотни, оба. Сразу обращаемся. И да у меня тоже есть дети, две девочки. Так что всё там хорошо.
Малышки тоже очаровательные волчата. Но с нами не хотят общаться, так как бабушка человек, а мать смесок. Сами понимаете, живем мы долго, вот и отношение такое у нас.
— А сколько вам лет? — задумчиво спросил Визар.
— Мне сто тридцати, матери сто пятьдесят семь, бабушке сто семьдесят семь.
— Невероятно, ваша бабушка жива? — удивился Лога.
— Да, очень бодра для старушки таких лет, — рассмеялась девушка. — Она и моих детей еще строит.
