И почему мне кажется, что со мной снова играют, а правил я не знаю.
— Какое именно? — уже увереннее спрашиваю его.
— Одно, и самое заветное! — и так восторженно это сказал, словно я сразу должна понять, о чем речь.
— Почему мне кажется, что ты не скажешь что за желание. А может их у меня несколько, — внимательно смотрю в смеющиеся глаза.
— Конечно, не скажу, сама угадай. Но ты говорила мне лишь об одном, — и нежно поцеловал. Вот как ему противиться? Руки сами потянулись к шее, что бы притянуть его ещё ближе. Рука волка обвила мою талию, другая зарылась в волосы, не давая отстраниться от поцелуя.
Ну, вот зачем он всё это делает!
Когда я уже буквально висела на альфе, потому что ноги не держали, меня отпустили с самодовольной улыбкой.
— Какую игру ты затеял? — рыкнула на него.
— Никаких игр, сладкая моя. Ты сказала, я услышал. Ты попросила, я выполню, — слишком довольный.
— Я больше не буду с тобой спать! — сказала, что бы хоть как то позлить его. — Наш договор кончается по истечению праздники. Я буду в безопасном месте, а ты бегай по лесу.
— Не бойся, я буду там, где нужно, — жадно сказал он, всё ещё не выпуская меня из своих лапищ. — И наш договор звучал по другому, вспоминай, — и хитро смотрит на меня.
— Почему мне кажется, что я чего-то не понимаю?
— Всё будет хорошо малышка. Кстати, какими языками ты владеешь? — вот умеет он менять темы!
— Никакими. Некому было обучать меня, английский только на уровне школы, а что? — странной темы он коснулся.
— Ты же понимаешь что гостей много, и многие зарубежные.
Сегодняшние тосты и поздравления, возможно и разговоры будут на других языках. Так как ты ими не владеешь, значит, будешь всегда рядом со мной, а то ещё предложат перейти к ним в стаю, а ты из-за не знания языка, согласишься, — вот это я попала. И как я раньше не подумала, о языковом барьере. — Я буду сжимать тебе руку вот так, — и альфа аккуратно сжал запястье, — а ты будешь улыбаться и кивать, — радостно сообщил волк. Это что, я буду ходячим болванчиком? — Не спорь Николь.
Сегодня я тебя представлю как нового члена стаи, многие захотят подойти и поздравить или просто познакомиться, ты же не хочешь ударить в грязь лицом. — И бьет по больному, вот ведь. Опозориться перед новой стаей не хотелось.
Вот как этот волчара может так манипулировать моим настроением. В начале разговора я хотела плакать, потом таяла в его руках, а теперь злилась, опять! Что за непонятные качели в настроении?
— Хорошо, я буду рядом, — сдалась на милость волку.
