Он смотрел на нее как на равную, и Эмилия понимала, что если когда-то и войдет в стаю, то только в стаю этого сильного альфы.
В этот момент по ее телу словно прошел ток, и, подняв глаза, она встретилась с пристальным взглядом Яна. Казалось, он читал ее как открытую книгу, знал каждую ее мысль и был доволен ею. В его взгляде светились понимание и радость, как будто он стал еще на ступень ближе к ней. Эмили нахмурилась, сбрасывая наваждение, и вернула свое внимание пациенту.
– Превращение будет болезненным. Он сможет его выдержать? – обратился к ней альфа.
– Да. Это просто необходимо. Он почти привык к обезболивающему и срок его действия с каждым разом уменьшается. Регенерация замедлилась, а боль, терзающая его, настолько сильна, что рассудок может не выдержать. Больше тянуть нельзя.
– Ясно. Ян, помоги мне вывести Джефа.
– Зачем? – удивилась Соня.
– Он не может измениться здесь, иначе разгромит Эмилии весь кабинет. Мы выведем его на задний двор, а ты оставайся в доме!
Соня фыркнула, но промолчала.
Мужчины подняли раненого и, придерживая с двух сторон, повели к выходу. Эмилия приготовила укол снотворного, на случай, если боль затуманит рассудок оборотня, и направилась вслед за ними. «Луна», как и следовало ожидать, не послушалась приказа, но все-таки осталась на крыльце, в то время как мужчины опустили оборотня на мягкую траву. Бета отступил назад, настороженно наблюдая за раненым.
Даже Эмилия ощутила силу ментального приказа Дрэйка. Его настойчивость и требовательность.
Он выворачивал сознание Джефа, заставляя того превращаться, несмотря на боль и отчаяние. Призывая его зверя, вожак требовал подчинения своему альфе. Яростный крик, наполненный болью, разнесся по окрестностям, послышался хруст костей и треск рвущейся ткани штанов, и вот перед ними лежит уже не человек, а зверь. Эмилия покосилась на Соню, пытаясь угадать ее реакцию. Испытывала ли она страх или презрение? Но лицо «луны» выражало лишь сожаление и участие.
Рваные раны на теле оборотня, которые она недавно зашивала, стали стягиваться, и Эмилия облегченно вздохнула.
Регенерация действовала отлично. Оборотень поднялся, оглядываясь вокруг. Израненный зверь оскалился, но новая волна приказа альфы заставила его преклонить голову, и зрители снова перевели дыхание. Теперь можно не беспокоиться. Зверь признал своего альфу, и его сознание прояснилось. Раны вскоре затянутся, оставляя после себя только слабость, и завтра он уже окончательно встанет на ноги.
