— Личные дела, — усмехнулся он. В его устах эти слова звучали еще глупее.
— Верно.
— Но твой дантист находится в Гейбл.
— Что же…
— А врач — в Аламеде. Адвоката у тебя нет. Сестра — на работе, — продолжил сержант. — Так какие же личные дела заставили тебя покинуть рабочее место?
— Вообще-то я… я… — начал я, с изумлением вслушиваясь в свое заикание.
Но на ум мне ничего не приходило, а сержант смотрел с таким видом, словно умолял меня пуститься в бегство и тем самым получить возможность попрактиковаться в стрельбе.
— Забавно, — наконец разродился он. — Удивительно, но я нахожусь тут тоже по личным делам."
"— Неужели? — сказал я, чувствуя облегчение, поскольку к моему языку вернулась способность к человеческой речи. — И какие же у вас дела, сержант?
И в этот миг я впервые увидел его улыбку. Должен признаться, мне было бы гораздо легче, если бы он просто вылез из казенной машины и избил меня.
— Я слежу за тобой.
Он позволил мне полюбоваться его сверкающими зубами, а затем, закрыв окно, исчез за тонированным стеклом наподобие Чеширского кота.
ГЛАВА 5
31 Если бы у меня было достаточно времени, я смог бы составить список предметов более неприятных, чем превратившийся в мою тень сержант Доукс. Но я стоял в своем сверхмодном всепогодном прикиде, и мысли о Рейкере и его красных сапогах постепенно исчезали из моей головы, что само по себе казалось достаточно скверным. Чтобы придумать что-нибудь еще более худшее, мне не хватало вдохновения. Поэтому я просто забрался в автомобиль, запустил двигатель и поехал под дождем домой.
Вид допотопных средств убийства, за рулем которых находились другие водители, меня всегда радовал, но на сей раз следующий в моем «хвосте» коричневый «таурус» по непонятной причине лишил меня удовольствия.
Я знал сержанта Доукса достаточно хорошо, чтобы понять: с его стороны это не просто вызванный дождем закидон. Если он принялся следить за мной, то будет продолжать до тех пор, пока не застанет меня за каким-нибудь нехорошим делом. Или до тех пор, пока не утратит возможности за мной следить.
Разумеется, я мог легко придумать несколько занимательных способов, способных лишить его этого интереса. Однако все они были чрезмерно радикальными, а я, хоть и не имею совести, все же руководствуюсь в своих деяниях определенными правилами.
Ясно, что рано или поздно сержант Доукс предпримет нечто такое, что помешает реализации моего хобби, и я упорно размышлял над тем, как поступить, когда это произойдет.
