Для человека, не способного передвигаться без посторонней помощи, это прозвучало чересчур властно.
Но спорить я не стал. Вернувшись к автомобилю, я уселся на капот и стал ждать, когда Чатски закончит болтать.
Рядом с моей машиной остановился старый «бьюик», из него высыпала группа невысоких, смуглых людей в грязной рабочей одежде. Работяги двинулись к лавчонке. Они с удивлением поглазели на одноногого, с гладко выбритой головой человека, но, будучи созданиями вежливыми, ничего не сказали. Когда они вошли в магазин и за ними с шипением сдвинулись автоматические стеклянные двери, я вдруг ощутил, как на меня накатила страшная усталость.
День оказался бесконечно длинным, шея окаменела, и я за все это время никого не убил. Похоже, я совсем расклеился, и мне очень хотелось уехать домой, чтобы завалиться в постель.
Интересно, куда доктор Данко увез Доукса? Впрочем, это не имело значения, и меня просто мучило любопытство. Но то, что он куда-то увез сержанта, чтобы приступить вскоре к любимой операции, было за долгий период единственной доброй новостью, и, думая об этом, я чувствовал, как по телу растекается тепло.
Я свободен. Доукс исчез. Шаг за шагом он уходил из моей жизни, освобождая меня от подневольной службы на кушетке Риты. Теперь я снова смогу жить полноценной жизнью.
— Эй, дружище! — услышал я зов Чатски. Чтобы лучше привлечь мое внимание, он размахивал культей левой руки. Я соскользнул с капота и направился к нему. — Все в порядке, — объявил он.
— Поехали.
— Куда?
Чатски посмотрел в темную даль, и я увидел, как напряглись его желваки. Свет фонарей магазина заливал комбинезон Кайла и освещал лицо. Удивительно, как меняется облик человека, если ему побрить не только голову, но и брови. Это очень напоминало клоунский грим из фантастического фильма с низким бюджетом. Несмотря на то что Чатски, вглядываясь в горизонт, хотел казаться страшно крутым и решительным, он со стороны смотрелся дурацким персонажем второсортной ленты, ожидающим леденящего кровь приказа Минга Безжалостного.
— Отвези меня в мой отель, дружище. Мне надо поработать.
— А как насчет больницы? — поинтересовался я, понимая, что он пока не в состоянии вырезать себе трость из твердого тиса и ступить на тропу войны.
Но Чатски покачал головой и добавил:
— Я в порядке. Буду в полном порядке.
Бросив многозначительный взгляд на пару марлевых тампонов, я вопросительно вскинул брови.
