Когда Марина стала постарше, ее внешность стала предметом головной боли – маменькины кавалеры пытались подкатить к ней, и она научилась держать оборону, пуская в ход все, что под руку попадалось. Дураков приставать к психованной малолетке резко поубавилось, когда Марина разбила голову дяде Саше, директору винного магазина. Эта байка разошлась по всему двору моментально и передавалась из уст в уста несколько лет. В школе тоже проблем не было – училась она хорошо, видимо, папенькины гены пересилили мамашино пьянство, у учителей не возникало вопросов ни по занятиям, ни по поведению.
Возможно, причиной этого было еще и то, что однажды Марина услышала, как в разговоре две преподавательницы обсуждают ее будущее.
– Коваль? – сморщив нос, говорила англичанка, молодая, противная девица, считавшая себя верхом совершенства, а всех остальных представителей человечества третьим сортом. – Ну, с этой все ясно – либо по рукам пойдет и сопьется в конце, как мать, либо отхватит богатого мужика и вцепится в него, на содержание сядет.
Если не совсем дура, конечно.
– Зачем вы так, Анна Алексеевна? – попыталась заступиться математичка. – Девочка живет в таком аду, что ее можно только пожалеть! И при этом учится прекрасно и поведением не выделяется среди всех. Да, у нее очень броская внешность, но ведь это не повод предполагать, что из нее вырастет что-то неприличное.
– Ой, да прекратите вы, Наталья Анатольевна! С такой-то внешностью ей дорожка проторена! – отмахнулась англичанка. – Вы посмотрите, как она ходит, как смотрит на всех – просто королева некоронованная! В ее-то возрасте! А дальше что?
Марину взбесили эти слова англичанки.
Вот ведь вобла крашеная! Нет такой силы в мире, что заставит ее, Марину Коваль, пойти по рукам. Она слишком себя любила и ценила для того, чтобы позволить какому-то козлу считать себя своей собственностью. С этого дня Маринина голова вздернулась еще выше, походка стала еще более вызывающей, а поведение совершенно безукоризненным – она не подпускала к себе никого из толпы мальчишек, готовых на все, лишь бы красавица Коваль удостоила их своим вниманием.
Девчонки ненавидели – на ее фоне все смотрелись бледными курами, хотя были значительно лучше одеты, а кое-кто носил в ушах золотые серьги – вещь по тем временам запредельную. Марина не обращала внимания, ни с кем не общалась и не сближалась. И только в пятнадцать лет, познакомившись с Денисом Нисевичем, она немного расслабилась и позволила себе какие-то проявления чувств.
