Что? Никто этого не видит? Видят и молчат. Почему? Потому что всем так удобно. Система. Бойцы, погибающие в окопах, – самые маленькие винтики этой системы, а интенданты и политработники – элита.
Скажи мне, «Серж», когда в сорок первом ты в Сарье резал со мной полицаев, ты о наградах думал? В Резекне? В Даугавпилсе? Нет. Тебя «Героем» наградили? Где твоя награда? Несущественно? Кто это решил?"
"Смирнов, почему ты ему награду не привёз, а мне привёз? Или его решили на Большой земле под нож пустить, раз в сорок первом не получилось? Ты здесь, а его начальничек там.
Ты ему как помешаешь? Он генерал и за своё кресло будет бороться, а без «Сержа» в США всем остальным делать нечего. Если его там не будет, я за всех нас двадцати копеек не дам.
Ты, Смирнов, можешь дать мне гарантию, что люди, которые мне верят, не окажутся у стенки? Не можешь. Значит, никто никуда не полетит. Не полетит, значит, десятки тысяч раненых умрут без необходимых стране лекарств, а страна потеряет гигантские деньги. Всё, что я тебе показал, далеко не всё, что у меня есть, то, что предложил, тоже не всё.
Можно такие вещи сделать, все страны в очередь на поклон выстроятся. На нашу страну молиться будут всем миром. Пока мне не пришлют подтверждение, что люди на месте, это останется у меня. Останется у меня, значит, ничего не изменилось и эти деньги получит не моя страна.
У меня есть пять орденов Боевого Красного Знамени. Первый орден подарила мне Сара. Она решила это в Москве. Её убили люди твоего Управления, майор Сотников.
Просто так. Ради своих амбиций и ущемлённой гордости. Им казалось, что им ничего за это не будет, они же неприкасаемые бойцы НКВД. Что творят сотрудники НКВД на своих рабочих местах, что в тылу, что на фронте, вообще отдельная песня. Сколько народу сгинуло у стенки по надуманным обвинениям и из-за элементарного непрофессионализма следователей НКВД, мы с вами тоже никогда не узнаем.
Вы оба останетесь здесь, пока я не получу подтверждение. Если мои люди случайно погибнут в пути, я вас обоих повешу, и твои бойцы, майор, помешать мне не смогут, а попробуют – повиснут рядом.
Ты так ничего и не понял, Смирнов. Лучше бы ты мне пару прицелов для снайперов привёз. Зачем мне эти железки? Просто подумай, Смирнов. Мне они здесь зачем? Помогут воевать с врагом? Дадут безопасность моему отряду? Это индульгенция от беспредела НКВД или панацея от всех опасностей? Нет. Висюльки, ради которых любой комиссар на фронте убьёт любое количество своих бойцов.
