В комнате стоял полумрак, но девушка не стала зажигать свечи. Подойдя к кровати, она легла на спину и положила руки вдоль тела, глядя в темноту. «Не плакать. Не плакать. Не плакать». В груди была ужасная тяжесть, как будто кто-то засунул туда камень. Она не знала, почему Риган поступил так с ней, но это было ужасно больно. Она прокрутила в голове весь сегодняшний день, начиная с того момента, как он любил её на рассвете. Затем, как смеялся и шутил перед завтраком. Как целовал, словно она самое сладкое лакомство на свете.
И затем, как пощёчину, преподнёс ей холодное равнодушие. Она могла быть с ним, несмотря на своё положение…любовницы. Но то, что произошло сейчас, это слишком ранит. Он обладает над ней такой властью, что малейшего взгляда достаточно, чтобы выбить почву у неё из-под ног. Девушка не сомневалась, что Риган испытывал к ней влечение, но и только. «Он никогда и не говорил о любви» — шептал рассудок. Находиться рядом с любимым человеком и чувствовать его пренебрежение — это сломает её. Нельзя здесь больше оставаться.
Она одолжит денег у Брана и вернёт когда найдёт работу.
Повернув голову, девушка уловила запах Ригана, который хранила подушка. Уткнувшись в неё лицом, девушка дала волю слезам.
18.
Риган взлетел по последнему лестничному пролёту и оказался в коридоре, ведущем в апартаменты. Нужно бы поручить Айе выбрать для них новые. Более просторные. И подходящие ему по статусу. Благо, во дворце таких хватало.
Он ужасно проголодался и хотел увидеть своих друзей, чтобы обсудить дела.
В скором времени в Ор явится посланник от капсикейского правителя, для обсуждения договора о найме войнов.
Сегодня он имел щекотливый разговор с Магдаленой. Капсикейка явилась к нему, чтобы деликатно просить его жениться на ней. Лицо женщины не просто говорило, кричало об отчаянии. Он понимал, что от положения высокопоставленной заложницы её спасёт лишь замужество. Но, к несчастью для неё, у Ригана совсем помутился рассудок. Потому что он всерьёз подумывал о том, чтобы сделать своей королевой ханаанскую сироту.
Если уж говорить о доводах, то брачный союз с Магдаленой Ору совершенно ни к чему. Отношения между двумя странами, итак, ровные. Кроме того, мать Ригана была капсикейской принцессой, это ли не самые крепкие узы, связывающие два мира? Гамелькун — нынешний правитель Капсикеи, приходится Ригану дядей. Королева Свана была его младшей сестрой. Риган никогда не видел своих родственников с той стороны, но был бы не прочь встретиться.
