В двухнедельный срок Дагон, при содействии капсикейцев, должен захватить власть в Ханаане.
Что ж, это можно считать первым вызовом ему, как Королю Ора. Конечно же, есть какая-то несправедливость в том, что этот самый первый вызов оказался столь фатальным. В любом случае, жаловаться он не станет.
38.
— Очень уверенное сердцебиение. — констатировал доктор Гринби.
Переместив специальную трубку для прослушивания на другую сторону её округлившегося живота, он снова сосредоточенно прислушался.
— Да, всё верно. Сердечко война.
— довольно заявил он.
— А если это девочка? — не удержалась Айа.
— Тогда, она истинный потомок королей.
Айа была уверена — чтобы стать достойным потомком кого-либо, одного сердечного ритма не достаточно, но решила промолчать. Седовласый доктор ей очень нравился.
Проведя еще некоторые процедуры и пальпировав живот, он заключил, что ребёнок размещён в утробе правильно и всё идёт хорошо. Он посоветовал ей больше ходить пешком и исключить всевозможные волнения. По всей видимости, вид у неё был далеко не цветущий, раз он нашёл нужным заострить на этом внимание.
Ванесса тоже считает, что хандра не идёт на пользу ни ребёнку, ни ей самой. Но, вряд ли получится прийти в норму до тех пор, пока её супруг не предстанет перед ней во плоти. Живой и здоровый. Пошёл уже третий месяц с тех пор, как он покинул Сусс и отправился на восточную границу вместе с Энки."
"Перед отъездом брат нанёс ей визит и извинился за своё неприемлемое поведение. Разумеется, она его простила. К тому же, он выглядел искренне раскаявшимся.
Она знала, что он отправился в Ханаан вместе с Кили, и теперь ей оставалось только гадать, как обстоят его дела. Мысли о том, что в этом опасном предприятии он мог лишиться жизни она всячески игнорировала. Кроме того, самая глубокая душевная печаль в её сердце была посвящена Ригану. Пару недель назад она попросила Мику отвезти её к Королю, но тот наотрез отказался. Риган не успел оставить ему на этот счёт никаких указаний, но Мика, якобы, и без того знал, что за подобный поступок Король оставит его без головы.
Почта с границы приходила каждую неделю. Она ждала этих писем как подарка небес. Девизом её мужа, видимо, было чем короче, тем лучше. Вот, например, последнее письмо гласило:
«Здравствуй моя драгоценная сладкая женушка. Ханаанцы по-прежнему стоят лагерем у нашей границы. Мой разведчик донёс, что твой заковыристый братец пробился в столицу и взял штурмом Главный Храм Бааала. К сожалению, больше у нас никакой информации нет.
P.
