Навряд ли Лео понравится ее зареванная физиономия, но слезы текли сами собой. Мастер ошибся, когда сказал, что она чувствует грань. Ничего подобного! Нет никакой грани. Не Мастер, а Лео наказывает ее игнорированием. В этом он точно прав — он всегда и Лео, и Мастер.
Она присела, чтобы привести в порядок волосы, когда в комнате появился Лео. Но не для того, чтобы простить — чтобы выдвинуть новое обвинение.
— Я не врала, — ответила Дина. — Я сказала, что нам удалось договориться с опекой. Там знакомая мамина работает, мы ей взятку заплатили, чтобы забрать детей до того, как можно будет окончательно оформить опеку.
Там по срокам еще нельзя, и очередь не в нашу пользу. Поэтому мы и пособие пока не получаем. Кстати, спасибо. Я перевела Варе…
— Откуда деньги на взятку достали? — перебил ее Лео.
— Продала украшения. Это допрос?
— Много золота было?
Он как будто не слышал ее. Даже хуже — вдруг стал чужим.
— Муж не стал отнимать подарки после развода.
Лео кивнул и повернулся к двери.
— Жду в столовой, — бросил он через плечо.
— Лео! — воскликнула Дина, теряя терпение.
— Да? — Его спокойный голос отчего-то словно резал по живому.
— Лео, ты простишь меня, если я встану на колени и обращусь к тебе, как к Мастеру?"
"Он медленно развернулся и скрестил на груди руки.
— Я же сказал, что простил, — напомнил он.
«Тогда за что наказываешь?» — хотела спросить она, но смолчала. Глупый вопрос, и так понятно, за что. Во время сессии или нет, она всегда для него — только саба. Он будет наказывать ее за любой промах.
Зря она попыталась проверить границы дозволенного. Конечно, кричала не специально — ее задело, что Лео сразу подумал о ней плохо. Потом стало стыдно за такое поведение, но простое «прости» не помогло. Неужели Лео сам не понимает, что требует большего? Или она не понимает его.
Поэтому Дина лишь кивнула и отвернулась, схватила щетку для волос и принялась яростно расчесывать спутавшиеся пряди. Лео, как обычно, подошел бесшумно. Перехватил руку, отобрал щетку.
— Не надо вырывать волосы, — произнес он.
«А то накажу», — добавила про себя Дина. Она старалась не смотреть на Лео, даже на его отражение в зеркале. Слезы комком стояли в горле, но плакать не хотелось. «Я вечно вызываю у него жалость».
— Ты придумываешь то, чего нет на самом деле, — мягко упрекнул ее Лео, бережно проведя щеткой по волосам. — Я предупреждал тебя, что не выношу неуважительного отношения. А ты еще и обиделась из-за того, что я рассердился.
«Не обиделась, а расстроилась.
