Зитар нас не тронет и не найдет. Пусть своеобразным образом, но мы находимся под защитой этой планеты.
Ныть? Корить судьбу? Лично я выпустила пар и планирую видеть во всем хорошее.
Я оглянулась по сторонам, но со стоянки было видно лишь несколько близлежащих домов, состоящих из странных стеклянных конструкций, похожих на соты. Пока Бригстан мы изучали только из окон или с балкона медцентра, ну и на гало-снимках в местной инфосети, так что можно было занять себя хотя бы знакомством с новой планетой.
Кира тоже не была особо подавлена.
Ее папе вроде бы стало лучше, а местные службы пытаются очистить его имя, а это самое важное, что сейчас беспокоит нашу безопасницу. А судя по тому, как спокойно и даже дружески она общалась с блондином-майором и его побратимами, вынужденное присутствие миранцев рядом с ней не особо ей мешало. Да и еще на “Начале” я видела ее взгляды на этого Милана. Там только что искры не летели. Так что...Я уже поняла, что бороться с притяжением местных товарищей дело провальное и гиблое.
Я пока еще держусь, но дается мне это, честно говоря, с переменным успехом. Тагер меня страшно бесит, но давайте уже будем откровенными, то, что я его забыла и не вспоминала с момента той нашей встречи — ложь самой себе.
Хотя я не оставляю мыслей улететь отсюда, когда угроза попасть на Зитар будет позади. Миран не посадил меня на поводок, я убежала от зитарцев, и от миранцев при необходимости тоже смогу убежать. Но позже, если что-то пойдет не так. Я же не самоубийца.
Полия и Нава тоже не выглядели несчастными.
Наш медик показала миранцам, что женщины могут разбираться в медицине не хуже, чем местные мужчины. Именно благодаря Полии планета избежала огромных проблем с этой их верданской лихорадкой. Перед снятием полной изоляции медцентра у всех нас взяли дополнительные анализы, и никаких признаков болезни ни у кого не обнаружили. Так что угроза обошла Миран стороной, хоть и заставила всех понервничать и принять дополнительные меры безопасности.
Опасения у меня вызывала только капитан.
После встречи со своей тройкой, в которой, как я поняла, оказались мужчины из ее прошлого (неожиданно!) и ученый Микел, который к ним присоединился, Мария словно спряталась в раковину, не желая обсуждать ни с кем произошедшее. Медики уже начали восстанавливать ее зрение, но процесс шел очень медленно и сложно. Это усугубляло ситуацию, так как капитан Перес была беспомощна и максимально уязвима, что очень отражалось на ее без этого нестабильном внутреннем состоянии.
