Неужели все это было зря?
С того странного, непростого времени прошло уже семь лет. О моем подростковом бунте напоминает только сделанная в тайне от отца татуировка на бедре и любовь к коротким стрижкам. Я изменилась, повзрослела как-то стремительно для самой себя. Отношения с отцом выровнялись и постепенно потеплели. Жалею ли я о том, что было? В какой-то мере да. Но прошлого не вернешь и от него не скроешься. Оно просто было и что-то мне принесло. Я верю в то, что из всего, что нам дается, нужно извлекать уроки.
Какие? А это решаем только мы сами. Я свои уроки извлекла. Но, чувствую, мое настоящее тоже насыплет мне на голову порцию новых жизненных уроков. С горкой насыплет, я уже это предчувствую.
***Я прилетела в академию в надежде на помощь ректора. Возможно, хотела получить пару свободных дней на решение навалившихся проблем, чтобы мое отсутствие не посчитали прогулами. О том, где я провела последние два дня, в академии уже знали - безопасники связались с администрацией сразу после того, как привезли меня в управление.
Полковник Риво всегда казался мне мудрым и справедливым разумным, и ко мне он относился лояльно, даже по-отечески. Впрочем, не только ко мне, а ко всем кадетам женского пола. Это было естественно, так как женщин в академии Алмала было мало, и хотя с них и спрашивали так же, как и с других кадетов, не щадя и не давая поблажек, но все же своеобразным образом берегли.
"
"Все дело в том, что по межгалактическим правилам, обновленным менее десяти лет назад, в учебных заведениях подобного типа количество женщин не должно было быть меньше определенного процента. Военные академии на всех планетах Содружества считаются местом службы мужчин, особенно на таких патриархальных планетах, как Зитар. Но не принять в академию женщину, прошедшую все вступительные испытания, просто не имеют права. Это противозаконно. Так что, поступая туда я понимала, что своеобразным образом подправляю статистику.
Этот факт всегда заставлял меня еще больше стараться, доказывая, что я ничем не хуже мужчин-кадетов. Кстати говоря, меня и еще пятерых кадетов моего пола мужчины-сокурсники никогда не обижали и принижали. Но и не щадили. Не было ни шуточек, ни давления, ни приставаний. Мы для них были на равных, с равной нагрузкой, равными правами и обязанностями и равным положением.
