***В кабину я шла с такой тяжестью внутри, что, кажется, даже ноги меня не слушались. Снова и снова в голове всплывал разговор с ученым, и уже после его ухода я ощутила раскаянье за то, что слишком остро отреагировала на его слова. Давно я не чувствовала в себе настолько много ярких и бушующих эмоций. И ведь миранец, по сути, совершенно в моей потере контроля над собой не виноват. Он просто высказал то, что показал ему его прибор. Возможно, как любой ученый, заинтересовался мной и решил узнать больше деталей.
Стоит, наверное, извиниться?
И, может быть, послушать мнение специалиста по энергиям, раз я так и не дала ему сказать все, что он хотел?
Или оставить все как есть, раз никто с моим “миранским приветом из прошлого” сделать ничего не может?
Получается, мое нежелание подпускать мужчин слишком близко и строить длительные отношения объясняются тем, что Иден и Дилан много лет назад меня энергетически к себе.
..Что?... Привязали?
Вопросов было слишком много, а трезво соображать становилось все труднее.
Я остановилась в коридоре и сжала кулаки, чтобы немного отключиться от эмоций и сосредоточиться на текущих проблемах своего корабля.
Моя личная проблема все равно от меня никуда не убежит. Она навсегда со мной вот уже почти два десятка лет.
Кира нашлась на том же месте. Правда, выглядела она так, словно тоже недавно очнулась от слишком яркого и выматывающего душу сна.
- С тобой все в порядке? - уточнила я - ничего серьёзного за время моего отсутствия не случилось.
- Ничего, - помотала головой безопасница.
Судя по небольшой паузе перед ее ответом, что-то явно случилось, но не с катером, а с ней самой.
Я молча впилась глазами в девушку. Мысленно она находилась сейчас точно где-то не здесь. И не удивлюсь, что и здесь обнаружится миранский след...
Может, стоит рассказать ей все начистоту? Про энергии, миранских мужчин, тройки, связь, кровь, которую майор забрал из медотсека, то, что он явно нашел в лице Киры подходящую женщину?
Язык жгло от невысказанных слов. Я понимала, что если скажу сейчас что-то, то мой рассказ точно будет окрашен собственными далеко не позитивными и не спокойными эмоциями.
Я - не Кира, а Кира - не я. Я не могу вмешиваться в ее личные отношения, потому что это может быть опасно и непредсказуемо для всех - меня, безопасницы, майора. Ведь я четко помню, как Иден несколько раз говорил о том, что на Миране строжайше запрещено вмешиваться в отношения замыкающей и ее мужчин до замыкания или его отсутствия.
