Миссис Паркер привезла действительно прискорбную новость: Элис погибла."
"— Миссис Селли погибла еще примерно год назад, — сказала она. — В мае сорок первого, во время бомбардировки. Это случилось не дома, а в маленьком магазине сувениров в Тауэре, где она работала. Дело было поздним вечером, и миссис Селли готовила бухгалтерский отчет для владельца, чтобы заработать еще несколько лишних фунтов. Бомба попала в соседний дом. Из-за вибрации в магазине обвалилась потолочная балка и убила миссис Селли.
— Я так и думала, — пробормотала Фрэнсис. — Мне давно стало ясно: что-то случилось. Она не могла просто так перестать звонить.
— Муж, которому сообщили о ее смерти, ни слова не сказал, что у них есть две дочери, эвакуированные в Йоркшир. Между нами, — миссис Паркер понизила голос, — он странный человек. Я не имею в виду, что он из криминального мира или что-то в этом роде… Но какой-то беспринципный и без капли инициативы.
Именно так Фрэнсис всегда и оценивала Хью Селли.
— Мы сейчас несколько перегружены, — сказала миссис Паркер.
— Так много смертельных случаев, так много детей-сирот… Мы слишком поздно узнали о том, что есть еще два ребенка. Потом опять потребовалось немало времени, пока нам снова удалось разыскать мистера Селли, потому что из-за постоянно растущих долгов по аренде его выселили из последней квартиры. Правда, он все еще живет в Бетнал-Грин, в каком-то идущем на снос доме. Не знаю, как он сводит концы с концами. В любом случае, мистер Селли подтвердил, что у него есть две дочки и они давно вывезли их из Лондона из-за воздушных налетов.
И назвал ваш адрес, миссис Грей. И вот я здесь. — Она откинулась назад и сделала глоток воды.
— Бедная Элис, — проговорила тихо Фрэнсис. — Погибла… Вы знаете, мы были когда-то близкими подругами.
— Страшная война, — сказала миссис Паркер. Но она постоянно сталкивалась с такими историями и, видимо, не намеревалась долго выражать свои соболезнования. — Вопрос заключается в том, как быть с детьми?
Фрэнсис ощутила пронзительный взгляд женщины, направленный на нее, и с трудом взяла себя в руки.
Она представила себе Элис, которую старалась сохранить в памяти молодой, сильной женщиной, уверенной и решительной. О той Элис, которой та стала потом, Фрэнсис не хотела вспоминать. Так же, как не хотела помнить отца и Джорджа в их последний период жизни. Были хорошие времена, и именно их она хотела сохранить в своих воспоминаниях.
